– Хм… – я задумчиво перебираю в голове варианты случившегося. Ведьма решила отомстить и Яну тоже? С чего? Или подключились третьи силы? Снова смотрю на причудливый амулет, а затем на платок.

– Я стою, у меня руки трястись начинают. Я… Сипло так… Тихо… Выдавливаю из себя: «Ю… Юль…» Мне в ответ: «Чего тебе, собака подколодная!?» Не её голосом. Чужим. Страшным таким…

– Понятное дело.

– Ну… А потом… Выходит она… Из кухни.

– Юля?

– Она и Юля, и не Юля. Как если бы к голове Юли приделали бы глаза ведьмы той. Корнелии Аидовны. Такие злые у неё глаза, чёрные. А у Юли у моей были светло-зелёные.

– Так, я, кажется, всё понял.

– Нет, нет! Я ещё не закончил.

– Хорошо, продолжайте.

– Я… Ну… Она… В общем, она на меня смотрела так этими глазами. Сверлила насквозь. Потом улыбнулась, как оскалилась на меня, и говорит этим же страшным голосом: «Кто лишний раз свой сунет глаз в дела чужие, тому не жить уже счастливым в этой же квартире, где зло случилось, где сыграла шутку злую девка и где ты подглядел её раскаяния огрехи». И бросилась на меня. Стало темно вокруг. Я на пол упал. Помню, как телефон что-то метнуло в стенку, я слышал. Как вода по полу растеклась, и как я в ней лежал. Как соседи стучали в дверь. Как потом в дверь ворвалась полиция. И меня потом забрали.

– Куда забрали?

– Сначала в больницу, потом к копам. Ну я им рассказал, что кто-то в квартиру залез. Поверили. На двери были царапины огромные. Мужик, у которого я снимал, сказал, что даже предполагает, кто мог дверь и воду, ну, были у него недоброжелатели. Всё вроде ничего, обошлось. Я съехал. Мне хозяин напоследок телефон отдал. За диван в гостиной, говорит, закатился. Экран вдребезги! Я долго ещё думал, как оно могло кинуть телефон через стенку кухни сразу туда? Хотя оно всё могло, наверное… Я бы зажил нормальной жизнью, но с тех пор… Везде, в магазине, на улице, днём и ночью, везде за мной эта страшная рожа ходит. Я даже в церковь заходил. Она и там среди толпы… Нигде она меня не оставляет. Даже сейчас осталась за дверью. Я совсем не знаю, что мне делать… Я же не виноват совсем! Я ничего не хотел плохого! Я же… Ну помогите же мне! Помогите!

– Кхм… Всё-таки я действительно специалист. Посмотрим… Дайте мне несколько минут, – я откинулся на спинку своего дешёвого креслица и задумался. Прям таки как Шерлок Холмс. Думал, думал и вдруг несвоим голосом говорю: – Платочек от неё остался, да?

– Ну… Да.

Парень смущённо нахмурился.

– А давайте мы его возьмём и…

– Сожжём? – Нелидов опередил меня.

– Именно это я и хотел предложить. У меня есть что-то вроде тарелочки, зажигалка… Нет, ну а вдруг поможет, правда?

Я достал из стола специальную тарелку. Она была сделана из металла и предназначалась изначально для сигаретных окурков, но специфика моей работы заставила её изменить своё предназначение. К тарелке прилагалась зажигалка. Дорогая, импортная. И на всякий случай я всегда имел при себе спички. Вдруг зажигалка подведёт. И как знал, как знал…

Как только платок оказался на тарелке, зажигалка перестала работать. Я несколько раз откидывал её крышку, тряс её, пытался зажечь желанный огонь, выбить хотя бы одну искру… Но всё было тщетно. Тогда в ход пошли спички.

Раз…

Два…

Три…

Зажёгся! С трудом платочек начал тлеть. В воздухе запахло дымом. Дым от платка шёл чёрный, как из трубы. И пах соответствующе. Ян закашлялся, а я отчаянно подул на розовую тряпочку, надеясь, что огонь разгорится. Раз подул, два, три… И огонь охватил всю тарелку. Он был зеленоватый, то поднимался чуть ли не до потолка, то опускался вниз, почти исчезал… И вот наконец-то платок перестал своё бренное существование, став пылью. Обычной чёрной. Просто превратился в пепел.

Нелидов вытянулся, не вставая со стула. Его лицо посветлело. Мне сразу стало понятно – ему стало легче. Я понимающе кивнул, нащупал ногой под столом моё любимое заколдованное мусорное ведёрко, его мне подарил мой коллега, который так же любит коллекционировать, но, в отличие от меня, предметами его интереса стали всякие загадочные вещицы с необъяснимыми свойствами. Одним из таких предметов интереса и интерьера оказалось ведёрко, в которое, что не положи, то исчезнет. Навсегда. Насовсем. Любую проклятую вещь выбрось, она не то что пропадёт, даже никакого влияния не произведёт на того, кто её сначала подобрал, а потом принёс мне, чтобы я её выбросил. Полезная вещица. Только нельзя оставлять на виду, так бросишь что-нибудь, потом подумаешь, решишь достать… А нет ничего. И руки совать туда без повода не советую. Так вот, пыль от платка оказалась в ведёрке, после чего мой посетитель резко вспрыгнул со стула, бросился к двери, распахнул её… И не увидев никого в коридорчике, радостно закричал: «УРА! Нет, вы просто волшебник какой-то!» На это я с присущим мне скептитизмом ответил: «Я не волшебник, что вы. Я всего лишь пара-журналист».

– Я вам что-нибудь должен?

– Денег вы мне не должны, только подпишите один документик…

Из стола я вытащил бумажку с ручкой.

– Я собираю истории, потом их публикую. Вы даёте согласие. На это всё. А я вам взамен помогаю.

– Вроде бы не трудно.

Ян расписался на бумажке, улыбнулся мне, и в его уставшем, неопрятном лице я начал узнавать человека. Живого, простого, даже немножечко счастливого.

– Что ж, спасибо, до свида… Хотя нет, знаете что, прощайте!

Громко рассмеявшись, он покинул мой кабинет, не закрыв дверь. Я не люблю сидеть на сквозняке, поэтому всегда держу её закрытой. Тем более на ней висит табличка «Г-н Пара-Журналист», очень красивая, из благородного пластика. Я закрыл дверь и только тогда обнаружил, что Ян забыл у меня злосчастный побитый телефон. Недолго думая, я решительно отправил его, вслед за платочком, в мусорное ведро. А что? Теперь мой новый знакомый точно будет спать спокойно.