Острова памяти
вернуться

Турбина Татьяна
Шрифт:

Не признавайся

Когда гормон в крови играет И похоть застилает взор, То нимфой деву представляет Нам разум – чудный прокурор. Он жён достойный обвинитель И грозной Истины ревнитель. Удобно спрятаться за ним, Когда он твёрд, неколебим. Мой друг, ты отведи глаза, Когда подводят тормоза. А чтобы к Истине пробиться, Не следует спешить жениться, Но коли взял семейный гуж, Не признавайся, что не дюж!

Перемелется мукою

Льются мысли на страницы, я прильнула к роднику Неспроста – воды напиться на пустынном берегу… Часто я смотрю на небо, понимая иногда: Ничего нет слаще хлеба и вкуснее молока! Потому что жизнь – полова, и горчит она притом, Что полынь в траву попала и в коровье молоко. Перемелются мукою дни с печалью и тоской, С радостью, любовью, счастьем и с желаньями притом. Замешу муку ржаную, испеку в духовке хлеб И устрою я семейный вкусный праздничный обед! С молоком и чёрным хлебом и с укр'aинским борщом: С шкваркой, зеленью, сметаной и с ядрёным чесноком! Славно это – право слово, Всё судьба перемолола!

Отпускаю

Отпускаю тебя. Отпускаю, не ревнуя, ни в чём не виня. Из печального светлого рая здесь начало грядущего дня. Из весны голубого оконца, из холодного блеска зимы, От весеннего яркого солнца, от далёкого света звезды. Отпускаю на дни и недели, на года, чтобы скрылся из глаз, Чтобы спать одиноко в постели, чтобы слёз не глотать напоказ. Ждать не буду, ведь я терпелива, писем длинных не буду писать. Будет всё, как хотел ты, любимый! Ты об этом успел рассказать. Наше прошлое я бережливо в своём сердце навек сохраню, Только осенью веткой тоскливой я в окошко твоё загляну. Ты вернёшься, когда будет поздно. Так бывало уже, и не раз – Окунуться в ушедшую нежность, в тишину недосказанных фраз. Отпускаю мечты и желанья, пусть откроют дороги-пути. Груз тяжёлый оставь расставания, налегке от меня уходи!

Не вернётся

Пусть не студит октябрьский иней Изумрудного взгляда кристалл. Полыхает костром рябины Губ любимых чарующий жар. От любви снова сердце взорвётся, Всколыхнулась прошлого тень. Может, счастье ко мне вернётся В этот грустный осенний день. Только все напрасны старанья, Стынет хмурого взгляда стекло, Не оправдано ожиданье. Всё ты делаешь мне назло. Что ж, прощай! С неба солнце смеётся. Не вернётся любовь, не вернётся…

Не венчают слова

Не венчают слова, а мучают Своим искренним сладкозвучием. Давят на душу, как колонны Наползает вес многотонный. Не желают свободно литься И в полёте кружить, резвиться Лёгкой дымкой, тончайшим кружевом Те слова, что печалью разбужены. Не исполниться ожиданиям – Улетел за дальние дали он И не станет смешно ухаживать И меня к дому приваживать. Не венчают слова у излучины. Были вместе мы… и разлучены…

Ткемали

Варила варенье из алычи… Я помню, как были слова горячи Тогда, по весне, когда завязь кисла, В кипении белом рождалась она. В июне с кислинкою плод мы сорвали И вместе с тобою сварили ткемали: Душистой кинзы покрошили пучок, Добавили перец… Хорош шашлычок! Готовое мясо в душистый ткемали – Что может быть лучше? – с восторгом макали. Мы быстро расстались, забылось кино! Ткемали с тех пор я люблю, но давно Варенье из сливы не уважаю. Любовь та оскомину напоминает!

Неясно

Вновь в море звёзд плывёт луны ладья, И ей всё абсолютно безразлично – Она не отмечает времена. А ты отождествляешься как личность, Спешишь, живёшь в объятьях суеты, На благо трудишься детей, семьи… Так зреет гроздь на лозах винограда, Она порою лишь для птиц отрада! Незрелою её никто не рвёт, Вдруг ураганный ветер отрясёт, Осыплет гроздь незрелую без нужды. Период ожидания ветру чуждый, Ведь не ему та гроздь плоды несёт. Палач? Иль друг? Неясно, кто же хуже?

Закат

Когда пылающий закат На небо выпускает птиц, В размытых в небе облаках – Задумки будущих страниц. На тонкой пламенной черте Пытаются распространиться, Тревожа душу в темноте, Чтоб образом во сне явиться. Влекут сознание в горечь плена – Шакала плач и смех гиены Звучат в всклокоченной дали. Услышу ль в ожидании ночи Желанье в непонятных строчках Надежды, веры и любви?