Шрифт:
– У него тоже была еще одна функция. Которая, может быть, и сейчас небезынтересна. Стрибог покровительствовал знаниям.
– Знаниям?
– Ветер, ветер, ты могуч… – процитировала «Сказку о мертвой царевне» ученая дама.
Ирина схватилась за голову.
– Подождите. Так Пушкин…
– Кто знает? Ходят слухи, что часть наследия Александра Сергеевича так и осталась неопубликованной. Потому что содержала нечто… неудобное для властей.
Ну, такие слухи, считай, про половину писателей ходили, так что Ирина и воспринимать их всерьез не стала. Бывает.
– Можно использовать ритуал, чтобы найти… нечто?
– Нечто весьма удачно спрятанное. Как ту же царевну, к примеру.
– Или?
– Обрести некие знания. Покарать зло… была у Стрибога и такая функция, хоть и не первостепенная.
Ирина покачала головой.
– Кошмар какой-то. Неясно, что хотят сделать, но ясно, что ничего хорошего.
– Да… и что можно искать в нашем музее? – искренне недоумевала дама. – Честно говоря, у нас из старославянского – только вышивки.
– Ни оберегов, ни амулетов, ни…
– Девушка, вы явно фантастику перечитали, – припечатала ученая дама. – Какие амулеты? Скажите еще – артефакты. У нас есть обереги, есть несколько летописей, но и только.
Ирина потерла лоб.
– Евгения Владимировна, в том и беда, что дуракам не объяснишь. Даже если вы на дверях напишете: «Артефактов нет»…
– Понятное дело, дураки скажут, что мы прячем правду от народа, – согласилась экскурсовод. – Но что же делать?
Ирина покачала головой.
– Мне пока сложно сказать. Если я узнаю еще что-то, могу я обратиться к вам за консультацией?
– Разумеется. Вот моя визитка, звоните.
– А вот моя визитка, мало ли что, – кивнула Ирина.
Мало ли идиотов на планете Земля? Очень много…
Георгий поймал Кирилла и Ирину на выходе из музея.
– Дядя Кир!
– Гошка, я тебе позвоню, хорошо?
– Точно позвонишь?
Мальчишка был симпатичный. И явно переживал. Повод?
А что тут гадать, и так все ясно. Дядя Кир нашел себе женщину, теперь еще как она посмотрит на общение с мальчиком…
Как-как… даже будь она реально девушкой оборотня, она бы ругаться не стала. Жалко парня. Ее бы тоже могли в интернат сдать родные мама и папа, если деда с бабушкой на свете не было, точно сдали бы. Не в смысле в детдом сдать, а в интернат из тех, что пятидневка, а когда и семидневка. На постоянную, в семье Ирина им была не нужна…
Нет, ну какие гады – в крестные ее звать. И вообще!!
Да что вам надо?! Живите вы своей жизнью, забудьте обо мне, и будем счастливы все. Так нет же! Не успокаиваются.
Да, с такой родней, как у нее, будешь понимать мальчика.
Кирилл вернулся через десять минут, чуточку смущенный.
– Ириш, я Гошку пригласил на выходных погулять. В горсад…
– Здорово, – порадовалась Ирина.
– Аттракционы, комната страха, пароходик, потом кафешка, кино… пойдешь с нами?
– Ты уверен, что стоит? – засомневалась ведьма.
– Конечно. Чтобы Гошка не переживал. А то он каждую мою даму подозревает невесть в чем.
Девушке осталось только развести руками.
– Кирилл, но я не твоя дама.
– Очень жаль.
Ирина фыркнула.
– Это смотря кому.
– Вот вредная ты ведьма. А все-таки – пойдешь?
– Ладно, пойду. Заодно объясню ребенку, что мы просто друзья и коллеги.
Кирилл довольно кивнул.
– Договорились. Я за тобой заеду в воскресенье, в десять. Форма одежды – джинсы.
– Так точно, – кисло ответила Ирина.
– Куда теперь?
– В больницу. К Люсе.
До больницы Кирилл и Ирина так и не доехали. А дело было так…
К выздоравливающим с пустыми руками не приезжают. Одно дело, если человек лежит после операции, если ему показан определенный стол (не дубовый или березовый, а диетический, столом называется предписанное меню), ему, конечно, много чего нельзя. И везти ничего не надо.
А то медики потом лечить замучаются.
Другое дело, если человек лежит не после операции, а после болезни, выздоравливает и ему можно кушать все. Тут что-то привезти даже и необходимо. Человек, который пробовал больничную еду – отлично осведомлен о ее неудобоваримости.