— Закрой рот! — бабулька таки вцепилась в мою руку и попыталась ударить по лицу, но в последний момент передо мной встал Пончик и так получил по лицу, что у меня даже сердце ёкнуло.

— Не смейте! — тихо рыкнул Ши Вон в перепуганное лицо бабки, — Не смейте поднимать руку на мою женщину, если хотите чтобы я женился на вашей японской вешалке, Хальмони! Никогда больше не смейте этого делать!

— И что? — отмерла бабулька, и тихо, но зло зашептала, — Решил любовницу себе завести? Ты думаешь я её выводок растить буду? Если ты не послушаешь меня…

— Если вы не остановитесь, Хальмони, я уничтожу всё! И вот эти проплаченные репортёры, уже не станут молчать о том, что здесь произошло. Я уничтожу "Лайтекс" если вы не прекратите ТИРАНИТЬ МОЮ ЖИЗНЬ!

Пончик так гаркнул, что я на какой-то миг, возгордилась им. Однако ненадолго, потому что этот дебил потянул меня за собой хер пойми куда, пока людей за нашими спинами спешно просили покинуть зал. Что-то вопила и японка, но он тянул меня за собой по пустым коридорам школы, в которой даже свет уже успели погасить.

— Куда ты меня тащишь? — я попыталась вырваться, но меня впихнули в первый же открытый класс, и закрыли наглухо ставни за спиной.

— Ты что вытворяешь? — я осмотрелась и в полумраке разглядела лишь очертания чисто классического учебного класса восточной школы.

Именно из широких окон и проникал яркий свет от фонарей на улице.

— Ши Вон! — я стала пятиться назад, смотря на то, как он стащил галстук, и завязал им дверную ручку так, что дверь ещё надо будет хорошо дёрнуть, прежде чем открыть.

Потом этот дурак стянул пиджак и бросил его на ближайшую парту.

— Мы в школе! — я упёрлась задницей в учительский стол, на котором по центру стояла кафедра, а в горле пересохло от того, как Пончик шел на меня, расстёгивая верхние пуговицы рубашки.

— Знаю! Это моя самая ценная сексуальная фантазия! — холодно произнес Ши Вон и резко схватив меня за талию, усадил на стол.

— И что ты собрался делать? — я упёрлась одной рукой в его грудь, а второй откинулась назад, при этом ещё и стянув туфли с ног.

"Ещё не хватало этими пыточными инструментами поранить моё сокровище…" — промелькнуло в голове, когда Ши Вон впился в мои губы, а потом хрипло ответил:

— То что крутится в моей голове с того самого момента, как ты приперлась сюда в таком виде! — он нежно провел рукой по внутренней стороне моего бедра, задирая подол платья выше, и отводя мои ноги в стороны.

— Это школа, — я повторила это ещё раз, чтобы и себя вразумить, но не помогло.

Явно мы рехнулись окончательно на почве секса вдвоем, потому что скорость движений стала бешеной. Я жарко отвечала на каждый поцелуй, тогда как дрожащими руками расстёгивала ремень Пончика, а он с какой-то одержимостью искал пальцами лямки моего белья.

— Чулки… Небо! Как ты додумалась напялить подобное в школу благородных девиц, Мармеладка? — выдохнул Пончик, и я ощутила, как стала полной и внутри, и с наружи, пока держалась за его плечи и подавалась на встречу резким, сильным и нетерпеливым движениям.

— Могу… — чуть не застонала, но продолжила в его губы, — …задать тот же вопрос, учитывая… — Ши Вон сильнее подался вперёд, и перед глазами пронеслась первая вспышка, а тело пробрало будто током.

— Что? — спросил Пончик, зарывая свою ладонь в мои волосы и целуя ещё слаще, и ещё сильнее.

— Ничего. Продолжай… — в этот раз я это не сказала, а выдавила с сильным вдохом, чувствуя как близко подбирается момент наслаждения.

Нас не интересовало ничего в этот момент. Всё осталось за дверью, запертой галстуком, который сейчас лежал в моем клатче, а я вспоминала, как мы сбегали из класса, через окно. Как меня снимали с парапета окна и продолжали целовать в темноте заднего двора. Как мы сбегали от охранников, которые явно по приказу бабки или ведьмы искали Ши Вона повсюду.

— Вот! — Ши Вон обнял меня опять, и приняв у охраны Чжон Вона, которая нас встретила у выезда, моё пальто, тут же накинул его на мои плечи, — Как будешь у Аран, позвони мне!

— А ты?! Ты будешь мне звонить? Или для этого мне постоянно нужно вот так тебя выводить из себя? — Пончик замер после моих слов, а потом порывисто ответил:

— Больше никогда… Больше никогда не говори так со мной при ком-то постороннем, тем более при брате, малышка. Я всё могу стерпеть. Но это… Не унижай меня, Дана. Это всё чего я прошу от тебя.

"Едрёна вошь! Так вот в чём проблема? Он дулся на меня, потому что я впервые макнула его при ком-то всерьез? Офигеть…" — я снова стала злиться, но только глянув в глаза Пончику, проглотила язык, и наплевав на то, что нас окружало шесть душ охраны, поцеловала.