Марк безынтересно смотрел на отчет, содержимое которого он уже успел оценить, пока его партнер рассказывал о проделанной работе.

– Новые рынки мы условно поделили на развитые и развивающиеся. Провели их анализ и оценили возможный потенциал, – Филип неторопливо следовал по канату своих мыслей, чем немного начинал раздражать Марка, медленно раскачивающегося на кресле, которое словно имитировало запущенный секундомер. Филип подсознательно пытался уложиться в то время, которое негласно отвел ему друг, опасаясь, что тот снова его остановит.

– Я за развивающиеся, – подытожил Марк, словно время действительно вышло.

– Но на развитых рынках Европы выше покупательская способность, – пытался возразить Филип.

– Как и конкуренция, – Марк перевернул страницу и указал на маркетинговое исследование. Пока Филип медленно блуждал по лесу своих мыслей, он успел изучить всю презентацию, которая умещалась на десяти страницах – именно столько страниц должно было быть в любом отчете, который попадал в руки Марку. Таково было его требование к документообороту – именно десять страниц он мог полностью изучить за пять минут.

– Но верно и обратное, где ниже конкуренция, там ниже покупательская способность…

– Мы можем просто адаптировать наш продукт под условия спроса, – Марк стоял на своем. – Ваш отчет слишком приблизительный, как ты сказал сделанный хоть как-то, чтобы давать точные оценки.

– Но его составляли внештатные маркетологи. Привлекалась лучшая профессиональная консалтинговая команда, – Филип недоумевал от того, что Марк ставит под сомнение качество проделанной работы.

– Не лучшая, если я нашел, как минимум, три математические ошибки в расчетах, – отрезал Марк. – Даже моя двоюродная сестра в седьмом классе допускает меньше ошибок, чем нанятая консалтинговая команда. Распорядись, чтобы ее поставили в черный список. И сдерите с них неустойку за некачественно оказанные услуги.

– Где ты увидел ошибки? – Филип впился глазами в цифры.

– Первая таблица, строки три, восемь и пять, – Марк демонстративно бросил отчет в урну. – Поэтому я за развивающиеся рынки… Думаю, стоит обратить внимание на Восточную Европу. Мне по душе Румыния, Болгария, Белоруссия и Россия. Думаю, их нужно проанализировать в первую очередь.

– Может, мы поправим отчет, и ты еще раз глянешь его? – Филип не отступал, хотя знал, что последнее слово будет за Марком.

– Это пустая трата времени, ты же знаешь. Все, что нужно, я уже увидел. И эти три досадные ошибки мой мозг уже исправил. Поэтому свои выводы я основываю на достоверных цифрах, которые сложились в моей голове.

Подобная настойчивость Марка не сулила ничего хорошего и не оставляла ни единого шанса на то, чтобы хоть как-то его переубедить.

– Завтра у Маркуса в загородном доме намечена вечеринка. Он и тебя приглашал. Ты придешь? – Филип решил, что впору перевести тему разговора. – Он обещал, что будет весело. Много алкоголя, девушек и темных уголков.

Марк ухмыльнулся.

– Да неплохо будет расслабиться, – он уверил, что обязательно придет. – Скинь мне адрес в ватсап?

– Договорились, – Филип взял синюю папку и отравил ее в урну, не оставив ей право на жизнь. – Только не забудь. Завтра в девять.

* * *

Мама радостно встретила Марка. Дома приятно пахло мясом и выпечкой, а в гостиной уже было полно народу.

– Надеюсь, ты не в таком виде ходил на работу? – мама с пренебрежением потрогала приятный хлопок красной клетчатой рубашки.

– Ну, не начинай, мам, – прошипел недовольно Марк.

– Что она опять достает тебя по поводу твоего хипстерского вида? – к нему подошла сестра и крепко заключила в объятия. – Неужели нашел для нас место в своем расписании?

– Я записывалась через секретаря три недели назад, – съязвила мама.

– Не преувеличивай, мам, – дома Марк превращался из большого начальника в семнадцатилетнего парня, над которым подтрунивали все от матери до отца. И этого было не изменить: в кругу семьи он становился обычным блудным сыном, который редко появлялся дома.

– Марк – большой начальник. Второй после своего отца, – мама проследовала из кухни с круглым подносом, на котором расточительно испускал ароматы яблочный пирог с корицей, и представила своего старшего сына кому-то из присутствующих. Марк не сразу нашел среди гостей того, кому были адресованы ее слова.

– Привет, я Алекс, – наконец незнакомец привстал и протянул ладонь, чтобы обменяться рукопожатиями.

– Этой мой будущий муж, – ответила Селена.

– А он знает об этом? – Марк не упустил возможность съязвить.

– Естественно, – сестра закатила глаза.

– Ну хватит пререкаться, – отец остановил дебаты. – Пойди сюда, я тебя обниму. Сколько ты у нас не был?

Марк позволял выражать свои чувства родителям, но сам никогда этого не делал. Он сжал ссохшееся тело отца в легких объятиях, не препятствуя тому, чтобы его обняли.