— За ней туннель, он выведет к границе барьера, если правильно судить по старым чертежам, но я не уверен, — Морл не выдержал. Гном стал тяжело дышать, закрывал глаза и был на грани, — может лучше меня сразу… того, а? Эй, ты чего делаешь? Сэра, хватит, мне почему-то больно.

Каждое мое прикосновение казалось гному очень горячим. Я словно обжигала его, он дергался, но позволил себя осмотреть. Шея, руки, запястья… Заветную полоску я нашла на лодыжке, тут же прощупала твердое образование, проверила все тело на наличие тех самых странных плотных шариков под кожей и осталась довольна.

Их нет. И это значит, что все они объединились, приняв форму ледяного осколка.

— Сэра, когда ты вынула осколок, возникла сильная волна, — Риска вовремя меня остановила. К моему ужасу я совершенно забыла о том, что было после того, как я спасла ее, — если будет так же, то потолок на нас обрушится.

— А барьер этого мага сломался? Когда нас всех в сторону отбросило?

Риска смотрела на Керена, который так же, как и Морл, не выдержал и сел на пол.

— Нет, барьер дрогнул, пошел рябью, но устоял. Проблема в том, что это была лишь одна такая волна, а нас тут много. И после этого ты потеряла сознание, а значит вышла из строя.

— Простыми словами, если Сэра вытащит из нас эту дрянь, то останется без защиты. Риска не восстановилась и неизвестно, восстановится ли. Хотя времени мало прошло, а она уже на ногах. Это хороший знак, верно? — ее брат так же сел на пол, прикрыл глаза и схватился за голову, — черт… как же больно… будто по вискам кто-то постоянно долбит…

— Я встала с кровати лишь благодаря алым ягодам.

Стоило девушке сознаться, как повисло напряженное молчание.

— Твою ж мать, — голос наемника дрогнул, — нам всем конец. Алые ягоды… вы где их достали? Да одна горсточка стоит дороже, чем мой дом!

— Риа хранила, — Риска пожала плечами, не выдав мою тайну, тяжело вздохнула и продолжила, — нам нельзя выходить за барьер, пока внутри нас эта дрянь. Иначе мы дадим начало эпидемии. И как бы паршиво не звучало, но пять жизней ничто в сравнении с миллионом.

— Если вынуть осколки сейчас — мы умрем. Вы с ведьмой не дотащите нас до барьера целыми, — Керен смеялся, пытаясь совладать с паникой. Получалось не очень.

— Можно по одному вынимать, — предложила я, вырисовывая клинком буквы на земле, — и прятать обратно в убежище. А потом сделать вот так. Но нам нужно быть близко к барьеру, я понятия не имею, как долго смогу вас так нести.

К моему облегчению сила меня не подвела. Хоть и с трудом, но я смогла поднять в воздух тела наемника и Дьёна.

Сама толком не поняла, как сделала, но получилось не так сложно, как я думала.

Дьён и так был в курсе, а вот Керен замер с открытым ртом:

— Тогда шанс есть. Осталось выбрать, кто первый…

— Морл, — я указала на гнома, — ему хуже всех.

Гном рассмеялся, затем его дыхание сбилось, и с губ сорвалась тонкая струйка ледяного пара. Больше мы ни о чем не говорили. Оставаться наедине друг с другом тоже было опасно — один на один можно не выстоять, но при этом все понимали, что окончательно обратиться может каждый из нас в любом количестве.

Дьён чувствовал себя более-менее нормально, Риска становилась сильнее, могла спокойно нести Морла на себе, Керен же держался от всех подальше — на всякий случай, а то кто его знает.

Туннель под храмом и правда вел к границе деревни, но к сожалению не выходил за пределы барьера. Нам и правда нужно было ждать момента, когда маг снимет защиту.

— Все чисто, можно выходить.

Риска принюхалась, довольно долго слушала мир вокруг нас и в итоге окончательно убедилась в том, что опасности рядом нет.

Стоило выйти на улицу, как в лицо ударил лютый холод. Я чувствовала, как щиплет щеки, как пальцы рук постепенно деревенеют, но в отличие от остальных я могла при этом спокойно выйти на улицу.

— Что с вами? — молча спросила я, глядя на то, как у Керена чуть глаза на лоб не полезли.

— Да тут зверски холодно! Просто ад!

— Тогда не выходите.

Риска тоже не могла спокойно стоять на улице. Ее колотило, тело не слушалось, с губ срывался пар, все тело било дрожью и в конце концов она спряталась в туннеле рядом с остальными, наблюдая за всем со стороны.

— Ну, давай, девочка. Спасай старика.

С радостью…

Глаза гнома стали меняться так же, как и у Риа, но медленней. Если у волчицы зрачки тускнели с молниеносной скоростью, полностью меняя цвет на ледяную сталь, то у Морла все происходило иначе.

— Будет больно, — я показала жестами как могла, гном тут же снял кожаный пояс и проложил его между зубами, кивая головой, что готов. Он с силой сжал кулаки, уже терял над собой контроль, стал часто дышать, боясь того, что будет дальше.