Тварь мерзко взвизгнула, клацнула зубами, пока мы с удивлением на нее таращились, и начала с причмокиванием жрать заледеневший огонь.

В помещении ощутимо похолодало и первыми опомнились магистры. В их руках раскрылись магические ловушки. Мерцающие линии, образующие причудливую звезду. Движение было доведено до автоматизма. Я даже не заметила, когда они сплели заклинание. Мне нужно было, минимум, минуту, чтобы нарисовать причудливые линии. И даже к третьему курсу, я периодически забывала сложный рисунок. А у них вышло так естественно, что аж зависть взяла. Правда, толку от этого мало. Дух не был идиотом, он не планировал запрыгивать в любезно раскрытую ловушку, он собрался сожрать остатки вкусного пламени и немного напакостничать.

— Ловите его! — велел магистр Алишер.

— Как? — взвизгнула Фиона, когда почуявший магию дух дожрал замерзший огонь, высунулся из камина и, крутанувшись на месте, засыпал комнату и всех в ней присутствующих снегом.

Меня снежинки облетели стороной и даже на пол рядом не насыпались. Стихия любила своих магов. Это аксиома. Вокруг меня могла бушевать метель и буря, но не над моей головой. Я вряд ли когда замерзну насмерть или окажусь под лавиной, но зато такая судьба весьма вероятна для тех, кто оказался рядом со мной в момент расстройства или гнева.

— Вон Вьюга пусть ловит! — крикнул кто-то. — Она хоть в процессе этого не станет похожа на сугроб.

Я, собственно, и не отказывалась. Только вот ловить духа, который состоит из ветра, снега и льда — это занятие бесперспективное. Загнать его в ловушку сложно. По мне, надо было оставить тварь в покое. Он дожрал бы огонь, раскидал снег и смылся. Все. Ну, защиту на камине надо потом поставить, чтобы больше не совались. Но это потом.

А так… дух орал и швырялся снегом. Пару раз даже зарядил по парням ледышками. Студенты визжали, уворачивались и пугали духа. Магистры орали, пытаясь нас как-то организовать. В мы пораскидали все что можно, перероняли, что падало, свезли ковры, несколько раз сшибли друг друга. Кол, поскользнулся на сугробе и влетел в камин, сломав каминную решетку и обрушив картины со стены. Дух окончательно перепугался и носился, как угорелый, оставляя за собой сугробы, и в итоге с визгом и воплями выскочил в окно, естественно, разбив стекло.

***

Я села прямо на пол напротив лестницы и прислонилась к стене. Рядом на запорошенный снегом ковер упал Кол. Фиона, с торчащими в разные стороны, покрытыми льдом волосами, испуганно озиралась по сторонам, и меньше всего походила на аристократку в третьем поколении. Камин скрывался под начинающим таять сугробом, а за разбитым окном завывал ветер. День продолжался, как и начался, ну, просто очень бодренько.

Мы попали, словно на учебный полигон во время сдачи зачета. Только вот, увы, это была реальность, и, кажется, именно нам придется все убирать. Причем довольно быстро. Пока снег не растаял и не испортил мебель.

В условиях всеобщей разрухи весьма странно прозвучал удивленный голос с верхних ступенек лестницы.

— А, собственно, какого кошмара тут творится?

Я испуганно подняла глаза и узрела его высочество ненаследного принца Лестата собственной персоной. Вид он имел помятый и кутался в огромное стёганое одеяло, под которым на нем, похоже, ничего не было, по крайней мере, рубашки точно. Мы могли лицезреть загорелое, мускулистое плечо. Принц постоянно поддергивал свою «накидку», но одеяло раз за разом сползало. Похоже, Лестат проспал все на свете. Черные волосы были взлохмачены, на красивом лице отпечатались складки подушки.

— А это ты, Лестик, у Вьюги спроси! — истерично хохотнула Фиона.

Лестат нахмурился и посмотрел по сторонам, видимо, вычисляя, кто тут Вьюга и в чем она виновата. Вот меня даже не удивило, что он не имел ни малейшего представления, кто я такая. Куда уж нам смертным до аристократов.

— Лестат, — испуганно произнес магистр. — Ты же должен был уехать еще вчера. Какого… ты делаешь в академии? Твой отец звонил мне лично и просил проследить, чтобы ты уехал. У тебя завтра помолвка!

— Ну, вот сейчас выеду, и как раз успею, — невозмутимо отозвался парень и зевнул. — У меня, может быть, был мальчишник.

Магистр сдавленно хрюкнул, а я нахмурилась. Нет, понятно, что на помолвку его высочество не попадет, но почему так побледнел преподавательский состав.

— Ну что, Лес, — хохотнул Эдуард. — Ты превзошел сам себя и только что профукал трон соседнего государства. Я считаю, что премия «Лузер года» нашла своего лауреата.

Так вот в чем дело. Ой-ой, кажется, я встряла. Не просто помолвка, а договорной брак! Брак, который должен укрепить связи нашего Самара и соседней Лурианы. Я что-то слышала такое в новостях, просто была далека и от политики, и от аристократии. Какое мне дело до того, кто на ком планирует жениться. Ну, точнее, мне не было никакого дела ровно до тех пор, пока принц вместо помолвки не застрял в академии. Интересно, есть хоть что-то, что может спасти мою шкуру?

— В смысле? Эд поясни? Я что-то с утра и с похмелья не очень улавливаю суть твоих несмешных шуток.

— А это не шутки, бро.

— Вьюгу вчера бросил парень, — услужливо отозвалась Фиона. — И она сорвалась. Стихия вышла из-под контроля…

— О чем ты? — все так же удивленно хлопал глазами Лестат, и я подумала, что принц-то несколько туповат, а так сразу и не скажешь. До этого за три года учебы я видела его лишь издалека и ни разу не общалась и не присутствовала при его разговоре с кем-то. Мы учились на разных направлениях, на разных курсах, да и знакомые наши даже теоретически не могли пересечься между собой.