— Вот орчий сын с кривыми зубами! Сам ты, этот… Ка-ра-чун! Во! — Произнес Кузьма по частям незнакомое слово, после чего резко выдохнув, решительно приосанился. — Показать значит, к чему стремиться? Хорошо, смотри внимательно.

— Кузя, может, ты лучше в сторонке постоишь? — C какой-то опаской в голосе произнесла Варса. — Мы тут сами как-нибудь управимся….

— Не нужно. — Покачал головой старик, в глазах которого не осталось не единого намёка на хмель. — Отрок прав, да и мне не помешает попрактиковаться. Давно за перо не брался.

— Мастер, может не нужно? — Как-то, даже жалобно, икнув, попросил Федул, опустив уши, боязливо осматриваясь по залу, будто ища пятый угол.

— Да! Не нужно! — Замотал головой Перри, толкнув локтем в бок Арама, который по примеру брата затрусил длинной гривой волос, будто в слэме на рок-концерте. — Мы сейчас с братишкой сами ему клешни оторвём, не утруждайтесь.

Не зная, что здесь сейчас происходит, мы переглянулись с Крюгер. Охотница пожала плечами, не говоря ни слова.

— Стойте здесь. Не вмешивайтесь. — Блеснул хищным взглядом Кузьма, не отреагировав на все уговоры, зашагав к центру зала. — Я слабой волшбой обойдусь.

— Чувствую, дед сейчас отморозит по полной. — Довольно прошептал я, потирая ладони в предвкушении. — Один на Хора пошел… Черт!

Быстро достав «бестиарум», я активировал создание страницы, поместив на скорпиона метку. Теперь в случае его смерти в моём инвентаре появится страница, которую я смогу добавить в книгу, получив небольшую прибавку к характеристикам. Пустяк, но приятный, который в перспективе мог обернуться солидной прибавкой к моей богатырской силушке. После нашего вчерашнего визита с Лолькой в Бражницу, моя книга пополнилась тремя страницами и теперь представляла собой следующее:

«Бестиарум»

Страниц:3

Прибавка к характеристикам:

+1 ко всем видам повреждений.

+ 1 единица к переносимому весу.

+1 к мудрости.

Невесть что, но это только начало. К тому же, как я мог пройти рядом с халявой, получить ещё одну страницу даром? Теперь главное чтобы Кузьма не ошибся в оценке своих сил. Будет неудобно если этот скорпион с пятью тысячами жизней и 55 уровнем перекусит пенсию одной клешнёй. Не смотря на небольшое количество жизней для мини-босса 55 уровня, чувствую, что черный обсидиановый панцирь у этой зверушки, явно не для красоты. Защита у него столько, сколько у всей нашей группы вместе взятой.

— Началось… — Тихо сказала Крюгер, кивнув в центр зала, где стоял Кузьмич.

Прутковский не стал тратить времени на почести и знакомства с ползучим гадом. Достав перо, старик что-то быстро начеркал на листке и вытянув правую руку с письменами вправо, зашагал к скорпиону.

Тварь явно заметила парламентера, но нападать не спешила. То ли Нор просто прифигел с того что его пришел кошмарить одинокий пенсионер, то ли тварь знала, что если куснёт Кузьму, то цирроза печени и месяца лютого бодуна ей не миновать.

— Давай Кузьмич! Сделай ему небо с фуфик! — Решил подбодрить я пенсию. — Все синеботы Роэссии смотрят и равняются на тебя!

— Запретные письмена… — Ледяным спокойным голосом сказал Прутковский, от которого по спине побежал холодный пот, а Федул протрезвев упал, потеряв сознание.

— Первый раз вижу такую хрень… — Тихо сказала Крюгер, приблизившись на полшага поближе ко мне, будто я мог её как-то защитить.

Девушка ошиблась. Творившееся сейчас было не "хрень". По классификации Соломона, происходящее находилось между "лютая дичь" и " полный писец". Воздух начал густеть, делаясь тяжелым, а страница в руке Прутковского начала светиться фиолетовым цветом. Через мгновение Кузьма уже стоял, пошатываясь в вихре потоков маны, треплющем его седые волосы и серый балахон, который закручиваясь в спираль вокруг его тела, исчезал в странице с письменами. В зале резко потемнело, будто наступили сумерки, не смотря на обилие источников света.

— Ночь жестокой резни! — Хищным, кровожадным голосом молвил старик из вытянутой руки которого начали сыпаться светящиеся фиолетовым светом листы, ему под ноги, будто у него в руке он был не один, а целая пачка "Снежки".

Захваченные невидимой силой листы с письменами стали подниматься в воздух, кружась вокруг старика, меняя свою форму, вытягиваясь и заостряясь. Через секунду, рядом с Кузьмой уже гудел рой фиолетовых лезвий величиной с ладонь. Ещё секунда и все звуки на мгновение стихи, чтобы вновь начаться, слившись в один протяжный свист.

Пара ударов сердца, и в зале вновь сделалось светло, будто кто-то зажег в нем свет. Тело Нора лежало на камне плит нашпигованное растворяющимися дымкой фиолетовыми клинками, будто подушечка для булавок. На скорпионе не было ни единого живого места! Издав противный стрекочущий рёв, Нор рассыпался желтыми искрами, оставив после себя приличную кучку трофеев.

— Восхищен. — Сказав это, и чувствуя на себе недоуменный взгляд охотницы, я глуповато улыбнулся, почесав затылок.

— С каких пор ты стал таким интеллигентным?