Этим приказом я расформировываю 28 июля 1944 подразделения АК и прощаюсь с Вами, солдаты.

Сейчас начинается второй период борьбы в рядах армии. Оружие, которое на руках, нужно сдать, как малополезное.

Для борьбы на поле боя вам выдадут современное и хорошее вооружение. У вас есть возможность вступить в польские войска.

После долгих размышлений и, взирая на консолидированное общественное мнение, я утверждаю, что это единственный для нас выход.

Солдат! Надейся, что мы встретимся снова в ближайшее время на поле боя с извечным врагом польского народа.

Командующий Юго-Восточной Вооруженных Сил в стране. Львов 28 июля 1944».

Приказ читали в изумлении.

28 июля подразделения войск АК во Львове расформировались и сложили оружие в местах, где они располагались во время проведения "Бури". Бойцы и командиры подразделений разошлись по домам, но продолжали поддерживать подпольную связь и личные контакты. Не хотелось верить, что это конец. Со стен Львова исчезли бело-красные флаги.

Однако, генерал Филипковский еще не отказался от создания Пятой Львовской Дивизии Пехоты. Во второй половине дня 28 июля состоялся разговор с генералом НКВД Грушко, с которым он беседовал ранее.

Генерал Грушко предложил Филипковскому поехать в Житомир на переговоры с генералом Жымерским, с целью обсудить вопросы сотрудничества и возможной организации львовской дивизии.

В ночь с 28 по 29 июля по просьбе генерала Филипковского состоялось заседание окружного Совета национального единства под руководством Окружного делегата Правительства Республики Польша магистра Адама Островского, в котором присутствовали генерал Филипковский и подполковник Погорский.

После всенощного обсуждения, Совет утвердил проект поездки генерала Филипковского в Житомир на переговоры с Жымерским, воздерживаясь от указаний по их проведению. Уже 28 июля транспортным самолетом C-47, из Житомира во Львов прилетел подполковник Виктор Грош в сопровождении Антония Михаляка, который привез приглашение на разговор.

Вылет запланировали на 30 июля, но в тот день состоялась во Львове встреча с населением и солдатами с участием Никиты Хрущева и маршала Конева. На встрече должен был принимать участие подполковник Грош.

Вылет состоялся таким образом 31 июля к полудню. Вместе с генералом Филипковским кроме подполковника Погорского выехали: полковник Франц Студзинский "Равич" – командир Округа АК Тернополь (а с 30 июня 1944 – заместитель командующего Юго-Восточного региона), подполковник Стефан Червинский "Стефан" – командир Округа АК Львов, назначен командиром Пятой дивизии АК и подпоручик Сигизмунд Лановский "Дамиан", который во время той поездки выполнял обязанности адъютанта командира Региона.

Накануне отъезда генерал Филипковский отправил главнокомандующему АК генералу Тадеушу Коморовскому депешу, в которой сообщалось:

"Я разговаривал с представителем польской армии.

Отправляюсь к Жымерскому на переговоры. Моя позиция заключается в следующем: Я признаю польскую армию, как воюющую против немцев, но условием моего сотрудничества и моих офицеров является согласование с Комитетом Миколайчика. Моя позиция утверждена Польским Советом (Юго-Восточных Земель Республики Польша) и Делегатом правительства (Округа)… " Генерал Коморовский, передавая сей доклад в Штаб Генерального Председателя в Лондоне, прокомментировал словами:

"… Командующий Региона Львов выехал по собственному решению к Жымерскому без моего разрешения".

Несмотря на сдачу оружия и формальный роспуск подразделений львовской АК, в здании штаба АК на улице Кохановского далее вели дежурство и содержался вооруженный караул.

Там встречались члены штабов, командиры подразделений, приходили солдаты и заинтересованные лица.

В отсутствие командира Региона и командира Округа Львов, обязанности командующего выполнял здесь майор Корнель Стасевич "Проспер", переведенный на должность начальника штаба Пятой дивизии АК.

Также в непосредственной близости, на улице Рыбацкой-5, располагалось руководство контрразведки окружного штаба, поддерживая контакт с штабом контрразведки Первого Украинского фронта.

По распоряжению командования АК передано – в переводе на русский – информацию, касающуюся агентов гестапо во Львове.

Ситуация, тем не менее, в эти дни становилась с каждым часом все более напряженной и неопределенной. Тревога усиливалась визитами в этих помещениях неизвестных советских офицеров, которые иногда вели себя довольно грубо. Можно было ожидать самого худшего.