Пока он размышлял над всем этим, эти двое, не обращая на него никакого внимания, уже порядком углубились в ровную гладь болота, напрочь лишенную каких бы то было деревьев, и просматривающуюся на несколько вёрст вперёд. Куда не кинь взгляд, всюду увидишь одну и ту же картину из земляных кочек с проступавшей между ними тухлой водой. Только на этот унылый пейзаж смотреть чего-то ой как не хотелось.

1 – “Аника-воин” – Герой русского-народного эпоса. Подразумеваемый под собой человека, который способен хвастаться только, находясь вдалеке от опасности.

Чавкая мутной водой с поднимаемой со дна вонючей грязью, Заноза поспешил вслед за остальными. И как оказалось, вовремя. Только он успел углубиться в болото не более чем больше сотни шагов, как слева от него начали падать стрелы, аккурат втыкаясь в болотные кочки. Бросившись ниц, и только после того, как укрылся за самой большой из них, Заноза рискнул выглянуть, и посмотреть назад. На том месте, где они совсем недавно переводили дух, уже красовались полтора десятка конных дружинников, посылавшим ему вслед стрелу за стрелой. Только как он сумел рассмотреть, стрельбу они вели как-то лениво, что ли, при этом, особо не выцеливая свою жертву. Скорее стараясь не прикончить разбойника, которому удалось от них ускользнуть, а наоборот, заставляя его как можно быстрее броситься дальше в топь.

Ничего другого ему и не оставалось, и он поспешил вслед за остальными, лишь напоследок бросив на стрелков свой взгляд, полный ненависти, и показав им кукиш.

Бежал по болоту он довольно долго, пока как они и полагали, оставшиеся на своём месте преследователи, окончательно не скрылись из виду. Но чем дальше он забирался в болото, то идти становилось труднее. Вода с плавающими на её поверхности ветками, вперемешку с травой, всё поднималась и уже начала достигать его пояса. Ладно хоть он был повыше ростом того же самого Кулика, который шёл первым. Тот уже чуть ли не плыл, погрузившись в жижу по самые плечи, но несмотря ни на что, продолжал упорно пробираться вперёд. Лишь изредка меняя своё направление, чтоб выбраться на болотную кочку, размером с небольшой островок, перевести дух и осмотреться. А после вновь плюхнуться в воду, и продолжить движение.

Сколько времени они так пробирались, Заноза бы не взялся судить, он уже начал порядком выбиваться из сил. Пару раз оступившись, нырнул с головой в вонючую воду болота, наглотавшись которой, его тут же начинало мутить. Плюс ко всему присосавшиеся к телу пиявки, начинали болезненно кусать за ноги, это ещё если умолчать о комарах, которые вились над ним огромными тучами, что аж нельзя было вздохнуть полной грудью, чтоб те при этом не набивались в рот.

Но жаловаться на всё это было некому. Остальным на него было совершенно плевать, впрочем, как и ему на них. У разбойников каждый сам за себя – это простой закон, исключением которого является только главарь, который по праву сильного, может приказывать всем остальным, но и то лишь до тех пор, пока на него не сыщется кто-то более сильный. Поэтому выбиваясь из последних сил, Занозе ничего не оставалось, как не спеша плестись вслед за остальными. Ведь отстань он от них чуть дальше, и никто о нём даже не вспомнит, не говоря уже о том, чтоб за ним возвращаться, и они его попросту бросят.

Сыпля проклятиями на головы всех и каждого, он по-прежнему брёл в конце их растянувшейся вереницы, стараясь если не сократить, то хотя бы сохранить разделявшую их дистанцию. Но не смотря на все его усилия, она начинала понемногу увеличиваться. Шатуну было не занимать как силы, так и упорства, и он шёл след в след за сухощавым Куликом, который непонятно как, ловко огибать опасные места, умудряясь найти дорогу, на первый взгляд в совершенно одинаковой топи.

– Подождите меня. – крикнул он вслед удалившимся фигурам, и попытался из последних сил прибавить ходу, с трудом вытаскивая застревавшие в трясине ноги.

– Не ори! – был ему строгий ответ Шатуна. Но после недолгих раздумий добавил. – Хотя можешь орать сколько тебе влезет. Соберёшь своими воплями со всей округи русалок, а если сильно постараешься, то и сам Болотник к тебе явиться на поклон.

Занозу пробил озноб, и он сразу заткнулся. Не с русалками, ни тем более с Болотником, он не был намерен лично встречаться. Потому, что встреча ни с кем из них не сулила ему ничего хорошего. Лучше уж тогда было остаться у кромки болота, а не бежать от княжьих дружинников, чтобы те сразу на месте отрубили ему голову. Тогда не пришлось бы превращаться в утопленника и вечно развлекать подводных тварей болот.

– Ничего, доберусь я ещё до тебя. – шипел сквозь зубы Заноза. – Ты у меня при первой же возможности, за всё получишь сполна, только бы шанс представился.

Когда пару лет назад, Заноза был изгнан из родного села, за то, что по пьяни из-за вспыхнувшей между ними ссоры, сперва прирезал соседа, а после от крови войдя в раж, чуть не спалил и три соседских дома. Благо удалось свалить вину на покойного, мол тот сам виноват. И это он предложил поджечь хаты, а Заноза лишь его отговаривал. Односельчане тому конечно не шибко-то и поверили, но и к его счастью, скорую расправу над ним чинить не стали, иначе бы его самого ждала незавидная участь. Ограничились лишь тем, что вытолкали его взашей из деревни, на все четыре стороны.

И пришлось ему отправиться куда глаза глядят. Поскитавшись вдоволь по лесу, питаясь чем только придётся, он довольно быстро прибился к шайке Лохматого. Где сперва его в ней не сильно то и жаловали. Каждый раз норовя обделить с очередной добычей, которую удавалось поиметь, не важно, как: прирезав ли одинокого путника или пустив под нож небольшой купеческий обоз. Но после того, как он вывел всю шайку на родную деревню, и жестоко расправившись со всеми своими обидчиками, нападки на него со стороны подельников прекратились. Это конечно не добавило ему уважения, потому, что среди разбойников такого понятия отродясь не водилось, но в глазах матёрых подельников, он несомненно поднялся на одну ступень выше. Что в дальнейшем дало ему право участвовать на общем собрании банды, решая, как им поступать дальше.