– Вот это да! – Яська пришла в полный восторг, – если уж не девушки на диете, то кто тогда твои любимые клиенты? Очень любопытно…

– Конечно же, десантура!

– Парашютики и летучие мышки? – засмеялся Гера.

Тумба, дожевавший пончик, приподнял лохматую голову и пару раз буркнул что-то простуженным басом.

– Ага, – Ларик зажмурил свои белёсые глаза и не то чтобы расхохотался, но стал утробно ухать. – Те, что через несколько лет превращаются в расползшихся медуз. Они автоматически попадают в ковровые.

– В какие? – не поняла Яська.

– CoverUP. С английского «прятать», – пояснил Ларик. – Перекрытие старого рисунка новым. Некоторые мастера настаивают на том, что нужно перекрывать полностью новым рисунком, и дерут цену в два раза выше. Я же просто стараюсь облагородить это расползшееся пятно. Странно и необъяснимо, но такие переделки доставляют мне особое удовольствие.

– Вот что ненавижу больше всего на свете, – возразила Яська, – так это переделывать. Легче начать сначала.

– Наверное, – задумался Ларик, – это своеобразное ощущение доминирования. Кредо альфа-самца: позиция, когда ты сверху. Над ситуацией.

По Яське стало очень заметно, что она всё ещё не уловила ход его мысли. Ларик вздохнул и расширил пояснение:

– Кто-то оказался плох, ты приходишь на место лузера и показываешь класс. В сравнении с жопоруким неудачником, выглядишь гением. На самом деле подняться на унижении кого-то гораздо легче, чем создавая что-то новое.

– Почему?

– Про новое сложно сразу сказать, плохо это или хорошо. Нет аналогов. А людям всегда нужны аналоги. Чтобы кто-то провозгласил: «О, гораздо лучше, чем было!». И все вокруг подтвердили. Это даёт гарантию, что не будешь выглядеть дураком. И снимает ответственность.

И тут на лице Ларика появилось выражение, которое друзья прекрасно знали и несколько опасались. Как только прозрачный его взгляд наливался тёмно-серым блеском, это означало, что сейчас мастер тату сядет на своего любимого конька, и вечер сразу станет длинным.

– Кстати, – и в самом деле произнёс Ларик, сверкнув вдруг ожившими глазами. – Честер Ли, дизайнер из Сингапура, просто закрашивает весь участок тела с ненужной татуировкой черными чернилами. Это называется «blackout», что буквально означает «затемнение».

– И что? – тоскливо спросила Яська.

– Ничего. Кусок кожи клиента после процедуры выглядит просто закрашенным черной краской.

– А смысл? – Яська не могла представить, что кому-то понравится ходить с черным пятном на руке. Или на ноге. Или с плечами-«чёрными квадратами» Малевича.

Ларик пожал плечами.

– Многим нравится.

– Блэкаут, – повторила Яська.

Скрывать совсем или прятать. Блэкаут или коверап… В чём принципиальная разница?

Мастер вдруг резко повернулся в её сторону.

– А давай мы тебе наколем что-нибудь символическое?

– Ты же мне колол уже, – девушка вытянула худую длинную ногу. На щиколотке, чуть выше стоптанной бежевой балетки сорок второго размера, била крыльями крошечная цветная бабочка.

– Тю, – свистнул Гера, – это ж разве татуировка? Её у тебя совсем не видно.

– Идите вы, – Яська поджала к себе ногу. – Я, может, в манекенщицы пойду. И куда тогда ваши тату дену?

– Есть предложения? – недоверчиво спросил Гера.

Она молча, но гордо кивнула.

– Ты из-за этого из института ушла? – Ларик посмотрел на неё внимательно.

– С этим сложно, – Яська бросила вуз два года назад, но всем говорила, что взяла академический отпуск.

– У тебя на подиуме не получится, – авторитетно заявил Гера.

– Это почему же?

– Ты неуклюжая. И вся… Квадратная такая. Модели, они же неземные, у них в глазах – тайна, а в движениях – томность.

– Вовсе нет, – возмутилась Яська. – Разные они.

– Ну смотри…

Гера соскочил с плетёного шезлонга и прошёл по веранде, виляя бёдрами. Получилось смешно и совсем непохоже на подиумный проход. Они опять все вместе расхохотались. Яська от смеха чуть не упала с перил, Ларик вытирал слезы, навернувшиеся на глаза.

В общей весёлой суматохе они не заметили, как у калитки, утопающей в тени деревьев, возник новый персонаж. Даже Тумба, поглощённый представлением, не обратил на появление гостьи никакого внимания. Когда невысокая пухлая девушка с ярко накрашенным ртом поднялась на веранду, друзья с недоумением воззрились на неё, словно увидели привидение. Больше всех была поражена Яська.

– Алина?! – девушка могла представить в доме Ларика кого угодно, но только не судмедэксперта. – Как вы тут?

– Я к вам на веселье пришла, – нисколько не смутившись от всеобщего замешательства, подмигнула сразу всем Алина. В её голосе явно слышались нотки мамы из мультика «Простоквашино». – На заразительный детский смех. Прямо из морга.