Вот и возможность высказать Альяру и Зайнашу все, что я о них думаю.

– Мы будем вас ждать, - донеслось в спину, когда я уже огибала дом.

Зайнаш практически подпирал собой ворота, как обычно хмурился, смотрел внимательно, уверена, что губы, скрытые ниамом кривились.

Он не произнес ни слова, когда я вышла, даже не поприветствовал, просто открыл портал, пропуская меня вперед. Суровое молчание василиска я предпочла проигнорировать. Орать на змея посреди улицы – недостойно оришы Равен.

Портал выплюнул нас в малом розарии повелителя, Альяр стоял в самом центре на одной из дорожек, голова была поднята к солнцу, глаза закрыты. Я уверена, что он слышал мои шаги, уверена, что уловил шелест одежды. Но, как и хмурый Зайнаш, впервые мгновения не произнес ни слова. Я пожала плечами и опустилась на низкую широкую скамью в тени высоких розовых кустов.

Если это представление – попытка сыграть на моих нервах, то она провалилась еще при планировании. Паузы я выдерживать умею лучше Льяра, Мираш постарался.

– Где ты была вчера ночью? – наконец-то отмер змей.

Я молчала, не считая нужным что-то на это отвечать. Сняла ниам и плащ, аккуратно сложила их рядом, рассматривая сад в свете дня.

А розарий разросся, стал таким, каким всегда хотела видеть его Селестина – действительно украшением дворца Сарраша, одной из его жемчужин. Розы вокруг радовали глаз всеми цветами и оттенками: от белого и кремового до почти черно-бордового, пахли одуряюще. Так сладко, что кружилась голова.

– Рин?

Я повернула голову в сторону повелителя, залюбовалась на миг, как любуются чем-то красивым, но далеким: картиной, скульптурой, изящным мечом.

– Если ты прислал за мной только за тем, чтобы спросить, где я была, то ты зря потратил время. И свое, и что примечательно мое. Если нет, переходи сразу к делу.

– Ты слишком сблизилась с дознавателями из Инивура, Рин.

Я снова промолчала, не до конца понимая, что василиск хочет услышать от меня в ответ: оправдания, споры, обещания?

– Ты обещала мне, что…

– Не забывайся, - покачала я головой, обрывая повелителя, опасаясь, что он сболтнет что-то лишнее при Зайнаше. – Свои обещания я выполняю. Или ты считаешь по-другому?

Альяр наконец-то соизволил повернуться ко мне. Глаза горели странным огнем, читалось в них…

– Ты не доверяешь мне, - растянула я губы в улыбке, вдруг окончательно поняв причину такого поведения и Альяра и Хайдара. – Вы оба мне не доверяете, - кивнула собственным мыслям, наблюдая за тем, как василиск напрягся, подобрался после моих слов. – Хочешь, я уйду? – склонила голову к плечу. – Дам клятву, что никому и никогда не расскажу о том, что делала для тебя даже под страхом смерти, и просто уйду.

– Рин… - покачал Альяр головой, вдруг делая шаг ко мне, приближаясь почти вплотную. – Я…

– Что же ты? – усмехнулась. – Потерял дар речи? Не можешь подобрать слов?

– Скажи мне, где ты была вчера?

– А если нет?

– Упрямая девчонка! – прошипел змей. – Глупая, упрямая девчонка! – он запустил руку в волосы, драно взъерошил их, а потом вдруг встал на колени передо мной сжал мои руки в своих. – Ты же рискуешь, каждый миг, проведенный с ними, каждый вдох, ничего не говоришь. Что я должен делать? Что думать? А если…

– Они для меня не опасны, - покачала головой, коснулась гладкой щеки змея. – Доверяй мне, Льяр. Как я доверяла тебе когда-то. Я вернулась в Шхассад не за тем, чтобы…

– Альяр!

Да что б тебя! Что сегодня за день идиотский? Какого хрена Энору сюда принесло?

Я представила, какая картинка предстала перед глазами змеи и выругалась уже в слух. А змея шла к нам и вопросов зачем у меня не возникала. Альяр выпустил мои руки и медленно поднялся, закрывая меня спиной.

Наивный.

– Ты обещал мне!
– прошипела девушка, когда поравнялась с нами. На породистом, красивом лице проступила серебристая чешуя, выглядывали из-под верхней губы маленькие, аккуратные клыки, Энора была в бешенстве и не собиралась этого скрывать. Громкий звук пощечины на миг разрезал тишину сада.

Я мысленно ругнулась про себя, бросив украдкой взгляд на дознавателя. Он стоял совершенно спокойно, по-прежнему скрестив на груди руки, даже не посмотрел в сторону собственного повелителя, его внимание было сосредоточено на мне.