Шрифт:
– Что вы делаете?! Это безобразие! Насильники! Куда тащите меня, порядочного пса? Немедленно отпустите! Нет, нет, не смейте привязывать меня к креслу! Какой гермошлем? Какие перегрузки? Никуда не полечу! Не заставите! Мне плевать, что ваш штатный космонавт после «Педигри Пала» ни в одну ракету не лезет! Да, я всегда гуляю возле Байконура. Это не преступление! Вид интеллигентный? Ерунда! Просто съел что-то не то! Все равно сбегу! Катапультируюсь! Вылезу в иллюминатор! Чтоб вас всех на шапки пустили! Чтоб вам сгореть от стыда в плотных слоях атмосферы! Чтоб у вас отделились все ступени… на лестнице! Чтоб вы вместе с кабель-мачтой отошли… в мир иной! Идиоты! Что вы притащили? Это же – женский скафандр! Разуйте глаза – пуговицы на другую сторону! Эй-эй, куда пошли? Вы же дверью прищемили мой кислородный шлан…
Сколько же я был без всякого сознания? Интересно, жив ли? Поднесу-ка ко рту зеркало… Кошмар! Увидел, как жутко раскалывается голова! На теле синяки, на лбу шишка размером с многоэтажную будку любимого пекинеса Гусинского. А где так трещит, хрипит и булькает? Слава богу, не в животе! В динамике. Ну-ка, послушаем.
«– Я передаю микрофон руководителю первой в мире собачьей экспедиции – волкодаву-теоретику по кличке Генерал-Полкан.
– Мы даже учли, что до космоса путь неблизкий, поэтому привязали Белке поводок подлиннее. А сейчас стартующий корабль получит ускорение в тысячу пинков. Даю обратный отсчет: гав-гав-гав, гав-гав, гав с половиной, гав с четвертью, фас!»
БЕЛКА – королевский пудель призывного возраста (чистокровный, 96-й пробы… на зуб). С блеском (в глазах) окончил партшколу служебного собаководства и институт благородных собак имени пуделя Артемона Лиза (по специальности «кобель 6-го разряда»). Работал гувернером Бобиков, Шариков и Роликов «новых русских», учил их лаять не «гав-гав», а «вау-вау».
Родственники. Дедушка – старейшая собака-санитар «Белых столбов». Репрессирован по доносу соседа-шпица, как якобы служивший у германского фельдмаршала Педигри Паулюса. Отец вкалывал на Тунгусском метеоритном заводе, затем редактировал стенгазету эпицентра управления полетом «Тары-бары барокамеры» и консультировал БЛОХбастеры студий «МОПСфильм», «Доберман пикчерз» и «ХХ век фокс…терьер». Мать работала дежурным блюдом корейского ресторана и подменяла главную героиню в постельных сценах сериала «4 танкиста и собака». Назван в честь дедушки, именовавшего место своей отсидки на французский манер «Бель Амор Канал» (сокращенно – «БЕЛКА»).
Ну и запустение! Повсюду толстенный слой звездной пыли, в обшивке столько черных дыр, что станцию впору переименовать в «Худой мир». В помещениях – сквозняки от солнечного ветра, а скафандры, как назло, изъедены молью. Обстановочка – ни в сказке сказать, ни в «Звездных войнах» показать! Но делать нечего. Эта ржавая колымага, дымя, скрежеща и поминутно проваливаясь в воздушные ямы, куда-то плетется на 1-й космической. Хорошо, хоть движок никто не успел украсть! Могли и просто засунуть в какой-нибудь детский педальный звездолет…
Пришлось срочно вооружиться молотком и ключом на 14, отрегулировать газ, сцепление и задний ход… бортового компьютера. Вспомнив рассказы дедушки о допросах в НКВД, удалось выбить из приборов кое-какие показания. Разбитые иллюминаторы заткнул подушками, стер с обшивки неприличные выражения. Оказывается, в открытом космосе холод собачий! Бр-р! Больше я туда ни ногой! Даже если не починю туалет, простите, «спускаемый аппарат» – буду терпеть до дома!
На днях взял след! Свежий, еще теплый! Кто-то только что прошел. Ну, я по следу. Из кухни, через весь коридор. И ведь хитрит, гад, петляет! Ага, вот где собака зарыта! В мусорном контейнере бизнес-класса обнаружил простейший микроорганизм неизвестной на Земле породы «чукотская сторожевая». Смотрит на меня, как Альдебаран на новые ворота, прокурено тявкает какую-то чушь собачью (причем с жутким акцентом, да и то заикаясь!): «Я есть не понаехали тут!.. Мы сами не местные – Чужие!.. Ай ЛАЙ ю!.. У ПАПА была собака!.. Такса – 100 баксов!.. Хэппи ПЁСдэй ту ю!..» Наверняка оказалась на орбите благодаря мохнатой лапе!
Когда в Центре сказали, что моя напарница – просто чумовая псина, никак не предполагал, что она – недавно из чума, к тому же больна «чумкой XXI века» – группой «Лапу свело». У меня от этого аж скулы свело!
О бурном прошлом СТРЕЛКИ (назвал ее в честь своего любимого ансамбля; непрошеная гостья в это время спала без задних ног и ничего против не имела) узнал из газеты «Из рук в руки» (раздел «Из лап в лапы»). Оказывается, эта мошенница выдавала себя то за чау-чау по кличке Ноу-Хау, то за мопса Владимира Ильича Лайкина, то за буль-буль-терьера Му-Му, обещая всем рассказать о своих незабываемых встречах с подводной командой Кусто, Чапаевым и Леонардо Ди Каприо. Чем только этот космический «заяц» не занималась! Работала тормозом на собачьей упряжке, «длинноногой болонкой» в службе «секс по барабану», разнашивала вставную челюсть хозяина и даже служила на границе пространственно-временного континуума. Поэтому левая половина Стрелки сплющена в пространстве, а правая – во времени. Вот такой мне достался и швец, и жнец, и из космоса ПРИШЛЕЦ!
Прорвало солнечные батареи! Теперь от станции такой жар, что пролетающие мимо НЛОхи мгновенно зеленеют, покрываются листвой и начинают плодоносить. Да и ЦУП порадовал: за перерасход отключил нам гравитацию! Но внезапное парение не произвело на мою пассажирку никакого впечатления: «От „экстази“ невесомость покруче будет! Впрочем, теперь, как всякая уважающая себя пернатая, я улетаю на юг! Если ты объяснишь, что это и где живет!» Нет, не прав был Суворов, когда прикололся: «Тяжело в ученье – легко в невесомости!»
Радостным лаем приветствовали земляков! Солнцевские (в малиновых скафандрах со скрюченными манипуляторами, обкуренные колумбийским антивеществом и вооруженные аннигиляторами Калашникова, на угнанных 600-х астероидах с перебитыми номерами) торопились на стрелку с альфа-центаврскими. Надо же, их даже не штрафуют за превышение скорости света! Небось до сих пор убеждены, что Земля плоская, а орбита – просто жвачка…
После «сверхновых русских» на борту – неконтролируемая ЦЕПНАЯ реакция! Стрелка намотала на шею свою цепь, даже не отвязав ее от будки…