Денис поворачивается ко мне, он плачет. Ему больно и страшно, но он продолжает думать обо мне, о моем счастье.

— Я люблю тебя. Я умру без тебя. Для меня главное, что ты жив, с остальным мы справимся. Лучшие больницы, врачи. Мы будем бороться. Вместе.

— Если я останусь в коляске — начинает Денис.

— И что? Ты думаешь, я перестану тебя из-за этого любить?

— Я инвалид, как ты не понимаешь!

— Брюнетик, ты такой дурак!

— Катя.

Я наклоняюсь к нему, ласково вытираю его слезы, провожу по щеке подушечками пальцев.

— Мы справимся, — улыбаюсь и нежно целую его в уголок губ. — Ты моя жизнь, не прогоняй меня. Прошу.

— Заразочка, ты очень настырная, — через силу улыбается Денис.

— А то, мне об этом в последние дни только и говорят. Поэтому смирись! Я буду рядом всегда. Ты от меня не отвяжешься, брюнетик.

Сегодня первый день, как нас выписали из больницы, и мы находимся не дома вместе с Ириной Викторовной, а на кладбище. Мало нам было цирка, который происходил каждый раз, когда к нам в палату приходили партнёры, сотрудники, друзья старшего Велинского, выражали соболезнования.

Смешно! Вся ситуация настолько абсурдна, что никак не укладывалась у меня в голове. Зачем они приходят? Смотрят на моего любимого с жалостью, с высокомерием. Твари!

Я не стеснялась в выражениях и выгоняла каждого, кто начинал вести себя неадекватно или задевать своими словами моего мужчину. Сволочи, пытались прогнуть Дениса, пока он слаб, но обломали все свои зубы.

Может, я и не интересовалась своими конкурентами, но знала, как с ними надо общаться, чтобы они ощутили силу. А рекламный рынок, по крайней мере, большой его кусок, принадлежит мне. Я после первого же посетителя вернула всех своих сотрудников из отпуска и заставила работать, управляла дистанционно, но благодаря этому смогла скупить половину мелких рекламных компаний. Я делала это не из-за жадности, а для безопасности Дениса. Я делаю все для него, даже сейчас нахожусь рядом с ним, здесь.

Моей ноги бы здесь не было, если бы не любимый. Сжимаю до боли в руках ручки коляски, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. Этот сукин сын недостоин, чтобы мы здесь были. Правильно Ирина Викторовна сказала, чтоб он в гробу перевернулся.

Она осталась у меня в квартире, пыталась отговорить Дениса ехать, но он был упрям, как баран. Хотя я знаю, как брюнетик остро отреагировал на произошедшее. Помню, когда к нам в палату зашёл следователь, я надеялась, что он сможет разъяснить что-нибудь об аварии, и он разъяснил. Да так, что у меня пропал дар речи.

Отец Дениса покончил с собой, оставив чистосердечное признание в убийстве Аллы и покушение на убийство собственного сына. Денис не разговаривал целый день.

Бедный мой, сначала одно, потом другое. Но мой мужчина сильный, я верила, что он справится. Помню, как в палату залетела его мама, как мы пытались её успокоить. Как он успокаивал её и убеждал, что всё будет хорошо. Но за всем этим я видела его боль. Его глаза кричали об этом. Мой мужчина был изранен. Надеюсь, я смогу со временем залечить его душу.

После посещения кладбища я была не в духе из-за того, что пошла на поводу любимого, привезла его, расстроила ещё больше. Я видела, как он ещё больше закрылся. И мне становилось страшно, что он настолько глубоко уйдет в себя, что его невозможно будет вытащить.

Мама Дениса тоже видела это и переживала. После того, как он попросил оставить его одного в комнате, мы тоже закрылись на кухне, где Ирина Викторовна смогла поделиться своими переживаниями и страхами.

— Я так волнуюсь за него.

Я утешала её в своих объятьях и шептала, что все будет хорошо.

— Он у нас сильный, он справится, — улыбалась я, вытирая слезы Ирины Викторовны.

— Ох, доченька, я благодарна богу за то, что он послал ему тебя.

Слышать такое обращение было непривычно, но приятно. Меня приняли в семью, а я взамен отдала им своё сердце.

Я поставила семью на первое место ещё в больнице, поэтому собиралась отказаться от проекта Мишель. Решила не тянуть и позвонила ей, когда Дениса увезли на процедуру. Мишель узнала причины моего отказа и согласилась подождать нас, пока я разгребусь со всеми проблемами.

— Мишель, я не смогу приехать.

— Глупости. Где вы найдёте лучших врачей, как не у нас? Тем более, у меня есть знакомый специалист, на его счету самые тяжёлые случаи. Я позвоню ему, он с тобой свяжется.

— Спасибо, конечно, но я не смогу работать, если поеду с Денисом.

— Почему? Ты привезёшь свою команду, просто управляй дистанционно, иногда, конечно, придётся выезжать на собрания, но это пара часов.

— Мишель

— Екатерина, подумайте, хорошо взвесьте. У вас сейчас голова кругом, и вы сосредоточены только на одном. Но лечение тоже требует денег, много денег.