Единственное, что волнует меня - это реакция Леси.

Именно поэтому я поднимаю взгляд и смотрю на подругу, когда директор озвучивает своё решение касательно моей позиции в группе.

И тут же испытываю облегчение: искренняя радость на её лице даёт ответы на все вопросы.

– Но как это...
– Ксана тоже разворачивается ко мне и смотрит на меня таким взглядом, что у любого другого человека тут же появилось бы желание пойти и сдать все нормативы на комиссию из профессионалов, проверив целесообразность своего вступления в группу,

– она станет слабым звеном!

– Кто это решил? Ты?
– вежливо уточняет Екатерина Сергеевна, внимательно глядя на девушку.

– Если вы берёте её только из-за Тимура, то.
– вновь начинает Ксана, как директор её перебивает:

– Я беру её из-за способностей, продемонстрированных за пару недель стажировки.

– Но она будет лишней! У нас сформированный состав!
– не унимается рыжая в то время, как Аглая внимательно смотрит на меня в упор.

– Объясни мне, Ксана, кто дал тебе право решать, кто должен быть в группе? Может, я что-то упустила в контракте, который создавала сама?

После этого вопроса директора, девушка унимается. И поджимает губы.

– То, как ты пользуешься своими связями - это нечестно!
– наконец, произносит она, посмотрев на меня.

– Это говоришь мне ты?
– подняв бровь, уточняю, - Думаешь, я не знаю, что здесь происходило неделю назад, когда я принесла Екатерине Сергеевне нашу с Лесей песню?

Рыжая широко раскрывает глаза, а затем затравленно озирается, пытаясь найти на лицах остальных ответ на единственный вопрос - кто ещё знает?..

– А что здесь происходило?
– уточняет Аглая, переводя взгляд на свою подругу.

– Это. другое.
– оправдывается та, не находя себе места.

– Это как раз то самое, против чего ты здесь так «искренне» борешься, - неожиданно вступает в разговор Леся, качая головой и глядя на Ксану с усмешкой, - с одной только разницей: Надя заслужила своё место в группе, - затем подруга поворачивается ко мне и произносит с широченной улыбкой, - я рада, что ты будешь с нами!

– Спасибо, - одними губами отвечаю.

Но в этом слове заключено всё: благодарность за поддержку, благодарность за верность, благодарность за дружбу, благодарность за понимание.

Я всегда знала, что Леся не воткнёт нож в спину. Именно поэтому и сдружилась с ней, доверившись своей интуиции.

– Поздравляю, - только и произносит Аглая, никак более не показывая чувств, одолевающих её в этот момент.

– Я постараюсь вас не подвести. Позаботьтесь обо мне, - отзываюсь, вспомнив принятое в Корее выражение на подобный случай.

– Серьёзно...
– Ксана качает головой, недоверчиво глядя на меня.

Вижу, что она хочет ещё многое сказать. Но и мне есть, чем поделиться. Потому произношу уверенно:

– Как ваш будущий лидер, я могу пообещать: никто не будет обделён. И никто не будет выделен среди остальных. В нашей группе главным принципом будет принцип равноправия. Надеюсь, вы разделяете эту позицию, - взглянув на Екатерину Сергеевну, добавляю, - в противном случае я предлагаю снять с себя обязанности и выбрать нового лидера путём голосования.

– Я за тебя, - жмёт плечом Леся, - и за равноправие.

– Не вижу проблемы в твоём лидерстве, если ты действительно будешь прислушиваться ко всем нашим предложениям, - медленно проговаривает Аглая, изумляя меня до глубины души.

– Буду. И если у нас будет ничья в споре о каком-то моменте, решение будет принимать Екатерина Сергеевна, - предлагаю с ходу.

– Но это же очевидно - вы будете на её стороне!
– развернувшись к директору, произносит Ксана.

– Что именно тебя пугает в моей позиции лидера?
– спрашиваю прямо.

– Вы подруги, - кивая в сторону Леси, отвечает та.

– И?..
– предлагаю продолжить.

– Ты будешь делать так, как это выгодно для Леси!

– Я же только что сказала, что я против того, чтобы кто-то выделялся среди других. Ты вообще меня услышала?
– уточняю напряженно.

– Она не может этого понять, - вновь подает голос Леся, - и не сможет.

– Это почему?
– огрызается Ксана.

– Именно потому, что вы с Аглаей - такие же подруги, - хмыкает Леся, с весельем глядя на неё, - и именно потому, что ты планировала обделять меня соляками.