Шрифт:
Вера не стала говорить, что просто не смогла выговорить его имя, оттого так сократила. Да и мысли ее занимали совсем другие вопросы.
— Я обратилась к… сознанию своему, типа. — Сбивчиво заговорила она, отводя глаза. — Так вот, вы не сможете превратить Землю в подобие вашей… Асгардии. Она погибнет, начнется сейсмическая активность, смена полюсов, тектонические разломы, извержения вулканов, цунами, озоновые дыры и…
Выдохнула, поражаясь своей находчивости — неспроста любила смотреть фильмы-катастрофы. «Понты — наше все» — любила говорить подруга Яся, и сейчас Вера поняла значение этого глубокомысленного выражения. Ей надо было любой ценой отговорить пришельца от идеи захватить Землю. И это везение, что он попал именно на нее и верит любому ее слову.
— У нас давно создана технология, препятствующая этому.
— Она несовершенна. Земля, ее ядро нестабильно. Вы погубите нашу планету, увы. К тому же, на далёких просторах космоса есть планета, что похожа на вашу, как сестра. Твои братья отыщут ее…
Хейм выпрямился, оперся на посох. Вера не могла сказать, поверил ли он ей, или просто забавляется столь отчаянной находчивостью. Подумав, повел плечом.
— Это решать не мне, Ве-ра. Передатчик уничтожен, но я все еще могу его спасти, чтобы дать сигнал своим братьям. Ты поможешь мне отыскать его?
— Передатчик?
— Да. Его закрепили на поле чистого льда в том месте, где я тебя увидел впервые. Металл разрушил лед, но я не теряю надежды, что соберу его части, и он исцелит сам себя.
Девушка кивнула. Главное — соглашаться, всем своим видом показывать, что согласна. Там она уже решит, что ей делать, как запутать пришельца, а потом, возможно, сдаст его уфологам, или кто там занимается инопланетными шизофрениками с претензией на мировое господство.
Звук ключа в замке заставил Веру встрепенуться от тревоги. Женя! Ну почему он послушал ее и не стал долго гулять?!
— Я помогу тебе! — тихо пообещала Вера. — Это мой брат. Он не должен ничего этого знать, он ребенок, еще глуп. Понимаешь? Он считает тебя героем, просто подыграй ему. Мы найдем передатчик, и я помогу тебе дальнейшими предсказаниями…
Хеймдаль взмахнул посохом, и энергетические путы на щиколотках и запястьях Веры ослабли. Но от долгого воздействия холода стало больно, Вера непроизвольно застонала. Блондин нахмурился и, взяв ее безвольно повисшие ладони в свои, что-то проговорил. Браслет загорелся холодным огнем, повеяло теплом, и боль ушла вместе с онемением. А Вера застыла, словно громом поряженная. Руки Хеймдаля были теплыми, широкими — ее тонкие ладони буквально утонули в них. От него веяло холодом, но странным, комфортным, умиротворяющим, неопасным. Вызывающим желание прижаться и закрыть глаза. А его губы были так близко. Губы инопланетного пришельца, вознамерившегося подчинить себе Землю, но от этого не ставшего менее желанным…
Вера вздрогнула, осознав, что теперь ее с ним разделяет дистанция в несколько сантиметров. Губы так близко, глаза топят в колдовской лазури, в крови плещется эйфория сексуального желания. И не только Вера льнет к нему, сам Хейм сокращает дистанцию с твердым намерением ее поцеловать…
— Ну, ничего себе! Ты и вправду существуешь!
Вера отпрянула от мужчины, не понимая, как могла забыть о том, что брат вошел в квартиру. На пороге комнаты, всплеснув руками от восторга, с выражением счастья от ожившего новогоднего волшебства, застыл Женя.
ГЛАВА 5
— А гироборд тоже можешь? Вот пацаны обзавидуются!
Хеймдаль без лишней жеманности вонзил крепкие белоснежные зубы в куриную голень, кивая. Вера напряглась, когда он подмигнул мальчишке:
— Да запросто, только покажешь, что это такое.
Как быстро они нашли общий язык! Правда, сначала Хеймдаль вообще не понял, почему Женька смотрит на него, как на бога, и зовет «дедом». По-хозяйски удалился в ее спальню, а вышел оттуда просветленным, словно получил информацию относительно новогодних традиций. Как позже выяснилось, так оно и было.
Вдоволь изучив посох новоявленного кумира под цепким контролем сестры (она видела, насколько опасной может быть эта штука), Женя засыпал его вопросами. Вера даже подумала, что сейчас мозг пришельца взорвётся от обилия «почему», и даже испытала легкую грусть. Неудавшийся поцелуй все ещё волновал ее, вновь рисуя в воображении сладостные картины того, что могло бы произойти, если бы братишка проигнорировал ее слова о недолгой прогулке.
— А смарт-часы можешь? Только не эти, что у тебя, они странные какие-то…
— Смарт-часы, — повторил Хеймдаль в светящееся окно наруча, и по голубой поверхности побежали символы и, как показалось на миг Вере, изображения.
Женьку инопланетный гаджет привел в неописуемый восторг. Бросив жевать, он вскочил с места, подбежал к Хейму, мало заботясь о том, что тот занят поглощением ужина, схватил его за руку с браслетом, нагнулся к мерцающему окошку.
— Окей, Гугл! А почему Дед Мороз вовсе не дед, а?
— Женя, немедленно сядь на место, и доешь! — не выдержала Вера. — Что о тебе подумает Дед Мороз?