– Матушка. – Не было пока боли, не было слез, только обрушилось обухом по голове осознание потери. Аксинья уже знала: все придет потом, и тянущая боль где-то близ сердца, и ночной вой, и град слез, и крики о несправедливости божьего промысла.

– Ты беги к соседям. Зайцу… Георгию скажи, что Анна ушла… Надо отца Сергия привезти…

– Я быстро, тетя… Я мигом.

Георгий Заяц не подвел, он пришел сразу, да не один, приведя с собой раздобревшую Марфу.

– Ах ты бедняженька, лапушка, – напевно запричитала та, вызвав с трудом одолимое желание прижаться к высокой груди, выплакать все ручьи печали.

– Спасибо тебе, Марфуша. Матвейка, иди к Параскеве.

– Он здесь нужен. Тошку отправим. Сейчас позову.

Полуодетая, выскочила Марфа на улицу и зычно закричала на всю округу:

– Тошка! Сынок!

Тот будто ждал зова, сразу выскочил откуда-то из-за забора, повел плечом:

– Не сынок я тебе. Что надо?

– Матушка у Аксиньи померла… Ты за Прасковьей, из новоприбывших, сходи, голубок.

– Схожу. Я не голубь вовсе.

После захода солнца Георгий привез александровского батюшку. Отец Сергий бормотал положенные молитвы над покойницей, лежащей на лавке посреди избы. Облаченная в белые одежды, Анна поражала спокойным выражением лица, ни тени боли или скорби в складках у рта, разглажен лоб, чисты уже закрытые глаза. Не успела она попрощаться с дочкой и внуками, быстро отошла в мир иной без покаяния и канона, но где-то в глубине души своей нашла умиротворение и бесстрашие перед последним жизненным испытанием.

Всю ночь отец Сергий сидел у изголовья Анны, окропляя ее святой водой, повторяя песни канона. Иногда прерывал он свое бдение, чтобы смочить водой изнуренное молитвами горло. Рядом склонила голову Аксинья, шептала слова прощания, гладила незаметно бело-синюю руку, прикрытую белым холстом. Матвейка с покрасневшими глазами сидел рядом с Аксиньей, порой закрывал глаза, бормотал какие-то молитвы – а знал ли он их слова? – отказывался уходить далеко от тетки или ложиться спать. Считал он своим долгом поддерживать в горе ту, что дала ему приют, и оплакивать ту, что быстро покинула этот мир, не успев поделиться с ним обжигающим пламенем своей любви.

Конец ознакомительного фрагмента.