– Бестолковая, бестолковая Кенна.

Глава 2

Кайл

Бестолковая Кенна.

Бестолковая, неуклюжая, чертовски сексуальная Кенна.

Она убивала меня.

Дыхание исходило из её рта с этими пухлыми губками. Она в этих грубых рваных штанах прижалась ко мне на диване, широко распахнув свои карие глаза. Несомненно, я всё это выдумал, но могу поклясться, что видел, как они тоже пылают желанием.

– Пожалуйста, не называй меня так, – прошептала она, и я почувствовал дрожание её грудной клетки.

Неужели она действительно думает, что я пытаюсь её унизить?

Губы растянулись в улыбке, и, чёрт возьми, да, я дразнил её в детстве. Вот что делают парни, когда давят на девушку так сильно – поступают глупо.

– А как бы ты хотела, чтобы я тебя называл?

«Детка» звучит так правильно.

– По имени будет уже хорошо. По крайней мере, я его понимаю.

Очевидно, она даже не подозревала, насколько чертовски привлекательна. Кто-нибудь, когда-нибудь говорил ей об этом? Я чуть не растерялся, когда она открыла дверь, одетая в то, что уверен, было мужской толстовкой, которая словно поглотила её целиком. Я мгновенно напрягся, в голове крутилась мысль, что под ней нет ничего.

Совершенно голая.

Соски сморщились и нуждались в прикосновении так же страстно, как и сладкое местечко между женских бёдер. Она даже не обращала внимания, что на лбу засохла зубная паста.

Но в половине случаев мне казалось, что Кенна презирает меня. Как будто ей хотелось сбежать в ту же секунду, как мы оказались в одной комнате. Это всегда действовало на нервы, потому что она была самым добрым человеком, которого я когда-либо встречал. Я провёл годы, наблюдая, как она отдаёт, отдаёт и отдаёт. Кенна будет игнорировать оскорбления, насмешки и подколки, которые придурки будут бросать в её сторону, поворачиваться и изливать свою доброту в мир, когда он сам не заслуживал того, чтобы получить её подлинную внутреннюю красоту. Неужели я настолько плохой парень, что не заслуживаю ничего из этого? Тот факт, что сестра отрезала бы мне яйца, если бы я даже подумал о том, чтобы прикоснуться к её лучшей подруге, был на втором месте.

Только я думал об этом.

Много.

– Как насчёт... Кексика, Кенна?

Звучит неплохо, правда? Не слишком ли прямолинейно? Потому что я подумал, что она может не слишком хорошо относиться к чему-то вроде: «Я хочу потеряться в твоей сладкой киске, Кенна».

Слишком? Да.

Девушка закатила глаза, будто думала, что насмехаюсь. Если бы она только знала. И теперь мне очень, очень хотелось кекса.

К чёрту мою жизнь.

Язык метнулся, чтобы облизать губы, и я завис, колеблясь и наслаждаясь ощущением её бешено бьющегося сердца в пустом пространстве между нами.

Дерьмо. Я хотел поцеловать её, забраться на этот диван и скользить по ней, взять её жёстко, а потом медленно. Как будто Кенна увидела желание, написанное на мне, паника нахлынула на её лицо, девушка начала ёрзать и волноваться тем очаровательным способом, который выделял её из всех.

Она прижала руку к моей груди, а потом отдёрнула её, будто передумав.

– Со мной всё в порядке, Кайл. Честно. Я подержу лёд. Тебе не нужно беспокоиться обо мне.

Вот, снова отталкивает меня, хотя, когда она сделала это, могу поклясться, что услышал скрытую печаль, вплетённую в слова. Захотелось схватить её за руку и прижать к груди, чтобы она почувствовала, как внутри меня происходит что-то безумное, чтобы она почувствовала, как действует на меня. Отчаянно хотелось узнать, есть ли хоть малейший шанс, что Кенна чувствует то же самое.

На обратном пути в Штаты я велел себе не думать о ней, говорил, что этого никогда не случится, чтобы, бл*ть, забыть об этом. Но это не остановило моих фантазий. Чувства уничтожили меня в ту же секунду, как я увидел её в дверях квартиры.

– А что, если я всегда беспокоился о тебе?

– Ты всегда был самоуверен, Кайл Лав, но я никогда не считала тебя лжецом, – Кенна провела рукой по нахмуренному лбу.

Теперь настала моя очередь хмуриться.

– Ты действительно думаешь, что я не забочусь о тебе? Ты была лучшей подругой Ванессы с самого детства. По сути, ты член семьи.

Она отвела взгляд, когда я сказал это, будто не знала, как принять эту правду. Сестра безумно опекала её, и я понял почему. Этих мерзких сучек в старших классах нельзя было считать хорошими. Я несколько раз ходил с ней на разборки, хотя сомневался, что это имело какое-то значение. Дрянные девчонки всегда были дрянными девчонками. Хреново, но такова жизнь старшеклассников.

Но мы больше не учились в школе. И не учились уже очень давно. А Кенна? Даже среди всего этого дерьма она по-прежнему была щедра ко всем. Добрая, внимательная и заботливая. Она старалась изо всех сил, чтобы заставить кого-то улыбнуться.

Она потрясающе красива. Та девушка, которая заставит тебя стать лучше. Но именно смирение всегда заставляло её сиять. Поэтому она остановилась бы, чтобы позаботиться о незнакомце, не задумываясь. То, как она изо всех сил старалась поступать правильно, не прося ничего взамен. Она была настоящей женщиной.

На её очаровательном лице со вздёрнутым носиком и полными щеками, с розовым бантиком вместо губ появилась сердитая гримаса.

– Ты не должен жалеть меня, Кайл. Я всё поняла. Всё в порядке. Просто... иди делай своё дело, а я – своё. Постараюсь убраться с твоего пути, как только смогу, – недоверчиво рассмеялась она.