– У меня есть люди, которым я могу доверить расследование этого дела, – ответил принц. – К завтрашнему вечеру картина этого заказа станет нам ясна. Вполне возможно, что заказчик не твоя мать.

– Я буду только этому рад, – произнес Эрион. Пусть с матерью у них были своеобразные отношения, но леди Вильет была и остается женщиной, родившей его на этот свет.

Он действительно будет рад, если окажется, что за заказом стоит кто-то другой. Конечно, ему не нравится сама мысль, что Давьерру кто-то пожелал убить, но он бы предпочел, чтобы этим смертником оказался посторонний ему человек. 

Разговор постепенно угас. После этого принц остался в кабинете один. Эрион отправился в свои комнаты. Они находились недалеко от спален Меиров. И да, сам Эрион и его невеста после возвращения в столицу остановились в замке короля. Вообще, они могли жить в резиденции семьи Харт, но Эрион с самого начала подозревал, что матери не понравится его выбор. И поэтому решил, что им стоит держаться от его дома подальше. Старший Харт и сам не желал возвращаться домой, но у него просто не было выбора, в отличие от Эриона.

Айварс ушел тайными путями. Добравшись до очередного дома, он до самого утра сидел и смотрел в темноту, прокручивая в голове разговор и размышляя над тем, к чему все это приведет. Мечтательная сторона рисовала воздушные замки и была счастлива от происходящего. Более рациональная часть выискивала скрытые угрозы и просчитывала варианты различного будущего.

На следующий день Эрион получил в руки имена людей, которые могли рассказать о заказе. С этими именами младший Харт пошел к отцу. Конечно, он был способен справиться сам, но понимал: если за всем стоит его мать, то отец должен узнать об этом сам.

Спустя несколько дней, после того как были схвачены и допрошены необходимые люди, перед старшим Хартом открылась неприглядная правда.

– Что будем делать, отец? – спросил Эрион, наблюдая за задумчивым лицом отца.

Нарман молчал. Не сказать, что его сильно шокировало то, что его жена способна на убийство. Пусть и чужими руками. В конце концов, он в своей жизни убил достаточно людей. Кроме того, он всегда знал, что Вильет – хладнокровная и жестокая женщина.

Больше всего его раздражало, что Вильет начала действовать по своему разумению. Она совершенно не заботилась о благополучии их сына, вознося на пьедестал лишь свои собственные желания и стремления.

Кроме того, в ходе допросов названных его высочеством людей выяснилось, что именно леди Харт стоит за покушением на него самого. Да, в этот раз ей не удалось достигнуть желаемого, но, зная характер Вильет, Нарман понимал: эта женщина не остановится. А это значило только одно – Вильет необходимо убрать.

Но куда?

Убить? Идеальный вариант. Вот только, несмотря ни на что, Вильет была его женой и матерью его сына. У него просто не поднимется рука.

Отослать в монастырь? Нарман отлично знал, что Иофат давно уже пробрался в их церковь. Вильет, попав туда, не потеряет связи с миром, продолжив творить все, что ей вздумается. К тому же ссылка только еще сильнее взбесит ее. Кто знает, на что она пойдет после такого.

Нарман ничего не успел ответить – в дверь кабинета торопливо постучали. Вскоре стало известно, что Вильет оступилась на лестнице и упала вниз, сильно при этом пострадав.

Подойдя к лежащей на полу матери, Эрион присел и прикоснулся пальцами к белоснежной шее. Пульс был слабым.

– Она жива? – спросил стоящий рядом Нарман, выжидающе глядя на сына.

Эрион поднял голову и кивнул. Собравшиеся вокруг слуги зашептались. В их голосах Эрион отчетливо слышал возбуждение и совершенно не скрываемое разочарование. Кажется, его мать сильно надоела всем этим людям. Младший Харт был убежден, что мать не просто так упала.

– Позовите лекаря, – приказал Нарман.

В отличие от сына, который все-таки ощутил легкое облегчение, старший Харт лишь поморщился от досады. Если бы Вильет погибла, она этим избавила бы его от головной боли. Никакой любви или привязанности к этой женщине он не испытывал. А в свете последних событий и вовсе не знал, что с ней делать.

Примчавшийся лекарь быстро обследовал леди и вынес вердикт, что жить будет. Пострадавшую перенесли в ее комнату и приставили сиделку, которая должна была следить за состоянием госпожи и давать в определенное время прописанные лекарем пилюли.

Спустя пару дней Вильет пришла в сознание. Однако вскоре стало ясно, что от удара она сильно повредилась головой. Проще говоря, падение не прошло бесследно, и даже лучшие алхимические пилюли не помогли справиться с травмой головного мозга.

Леди Вильет утратила разум.

Она не разговаривала, не понимала, что происходит вокруг, могла часами неподвижно сидеть, уставившись в одну точку. За ней требовался постоянный уход.

Лекарь, проверив ее еще раз, лишь развел руками. Он сделал все, что мог. Никаких повреждений он не видит.