В: Малое стихотворное собрание. Том 6

Дмитрий Александрович Пригов – один из основателей московского концептуализма, поэт, прозаик и художник, автор тысяч стихотворений, «неканонический классик». Поэтический дар Д. А. Пригова – уникальный, щедрый и неукротимый – разносторонне представлен в этом собрании. Буквы П.Р.И.Г.О.В. стали здесь ключами к темам и мотивам его поэзии – от преисподней до рая, от вины до искренности. В шестой, заключительный том вошли стихи, связанные с ВЛАСТЬЮ, ВОЙНОЙ, ВЫСОКИМ, ВОПРОСАМИ и ВИНОЙ, а приложенные к изданию стихограммы составляют ещё один раздел – ВИЗУАЛЬНОЕ.
Малое стихотворное собрание. Т. 6

Сама идея властиТоже отчасти – властьА вот идея страсти —Она совсем не страстьНи в малой степениПоскольку власть она и естьИдея власти и плюс властьСамоеИ идея власти вынутая из артефакта власти несет на себе естественное обременение властиВ то время как со страстью все не так Скажем, супчику поестьВласть, она ведь не мешаетДа вот в том-то и дело, что мешаетИль напротив – помогаетКак кому, на то и естьОна – властьТрудно быть руководителемДа такой страны большойВсе равно что быть родителемНепослушливых детейВсе им кажется, вредителямЧто они тебя умнейЧто на стороне родителиИ приятней и добрейЭто и неудивительноНо со временем поймутПонемножку, что родителяНе выбирают – с ним живут Вот к генералу КеГеБеПод утро деточки подходятИ он их по головке гладитИ говорит: бу-бу-бе-беИграясь с ними и к себеПотом он на работу едетИ нас всех по головке гладитИ говорит: бу-бу бе-беИграясь с нами Ходит бродит лилипутина Политическая Все не нравится ей строй Политический Не приемлет она Путина Политически Да и, в общем, весь настрой Политический — Не по душе Но лилипут – он тоже человекВ том и суть демократии, что онасохраняет и гарантирует права любомусоциально-политическому меньшинству,конечно, в пределах конституциии уголовного права Валера странненький, Валера крашеныйПошел по улице гулятьЕго поймали, его упрашивалиЕго хотели арестоватьПри советской властиЗа гомосексуализмА щас Валера гуляет крашеныйИ ничего-то уже не страшно ему —Свобода!Художник подпольный ВасилийТакой андерграундный мэтрЕго уж за город селилиЗа сорок второй километрПри советской властиА нынче, гляди-ка – в ПарижеИ всех зарубежных не ниже —Свобода! Один молодой кегебешникВовсю диссидентов дрочилУмел и премного успешенБыл в этом и чин получилМайораПри советской властиА нынче уже в телевизорУже генерал и ревизорБольшого региона —Свобода!Когда в райсовете по случаю былОдну райсоветочку там полюбилЯ ей говорил: Вы начальство, едритьНе можете в чем-либо мне пособить?– Нет, нет! Я закону навек предана! —Ну, нет – так и нет, а на что мне онаТакая Вот Николай – он Белый ЦарьРаспутин – он Царь КрасныйА Петр Первый – Белый ЦарьНо он же и Царь КрасныйА вот Небесный, скажем, Царь —Ни белый и ни красныйА я вот белый, я вот красныйДа вот еще не ЦарьНо скоро, скороБелый Царь – он белый, белыйОт небес до самых пятА и к нему приходишь смелыйА и поворачиваешь назадА и не хочу так жить!А и пулю вот держи!Из сердца вынь да закусиКрасненькую Вижу, возле патриархаХодит маленькая птахаПтаха, птаха, как тя зватьКак твое прозванье пташье? —Да я, вроде, патриаршьяНо он меня не хочет знать —Все важные государственные делаПриемы в Кремле! —Смирись, птаха! —Да я уж давно смириласьЯ помню в детстве это былоВсе население ходилоНа демонстрацию в рядуИ я ребеночком идуНа Красну Площадь выхожуИ что же вижу? что гляжу? —Иосиф Сталин средь людейВосходит сам на мавзолейВ народ глядит так строгоИ говорит в него:Нет никакого БогаА я пророк его —И все зарыдали Чую запах человечийТолько что-то он невечен! —Так с усмешкой говорилаЗа дверями заседаяСталинская камарильяНабрасываясь и съедаяСледомЧеловека-тоВот юноша прекрасныйСын Рейгана он былИ Сталина он дочкуБезумно полюбилРодители узналиИ без разбору, блядьДруг в друга тут же сталиРакетами пулятьИ всех поубивалиЛишь дочка та да сынЖивехоньки осталисьА звали, кстати, их:Поль Робсон и Любовь Орлова