Он в царствии ином назначил встречу.

Последний труд – чрез муки, споры, козни.

Свет глаз. След рук. Уразумеешь после…

Страстная Пятница. Молитва в Гефсиманском саду

То был седер. Опресноки.

Зелень. Горечь…

И вина четыре чаши, в честь исхода.

Выход в сад – как к морю.

Шелест. Звезды. Полночь.

Полнолуние. Хорошая погода.

Не просить же чтобы небо расступилось!

И могло б, но ведь Пришествие не бегство.

А – вся эта красота, что и не снилась,

Красота земли, отцовское наследство!..

Засыпая, город меркнет – дальше, дальше,

Зал затих – так мы в завязке иль в финале?!

Покидая, как же любишь понимавших

Вместе с теми, кто совсем не понимали…

Красоту в душе людской – отыщешь? Сможешь?..

Сотворишь?..

Ведь эта чаша не минУет:

Вот – шаги. Они идут. Все ближе.

Боже!

Знаешь, кто сейчас приветно поцелует?!

Высота

Взойти на Голгофу – куда Эвересту!

Нет выше на свете вершин!

И каждый здесь занял особое место,

А дальше – замри, не дыши…

Покуда один избегает погони,

Другой от приказов охрип,

И в небе прочерчены как на иконе:

Кто Спас – кто спасен – кто погиб,

Толпа озабочена необходимым,

В тоске осознанья Пилат,

Покуда Иосиф несут с Никодимом

Алое, и смирну, и плат,

Все – поздно. Все – столь велико, что невместно:

И боль, и надежда души…

Взгляни на Голгофу! Куда – Эвересту,

Нет выше на свете вершин…

Великая Суббота. Сошествие во ад

Сошел, как огонь благодатный, во тьму,

Явившийся в подлинной силе,

И тысячи глаз обращенных к Нему

«Возьмешь ли с собой?!» – вопросили.

И верных Он взглядом очистил от зла

И вывел в свое Воскресенье,

Разбив те врата, коих надпись рекла,

Что мы не увидим спасенья…

Вот так и нисходит на нас, как любовь,

Его обещания чудо,

И, глядя из бездны отчаянья, вновь

Мы спросим: «Возьмешь ли отсюда?»

Воскресение. Воистину!

Мы уступили властной злобе,

Не отстояв Его пред ней,

Но не нашли Его во гробе…

Так мы узнали: Бог сильней,

Так Он ушел – спасенья вестник, -

Чтоб смог поверить в этот знак

И деспот, и его наместник,

Купец, и мЫтарь, и рыбак, -

И вместе мы пришли сегодня

За утешеньем в Божий Храм,

И милосердие Господне

«Воистину» сказало нам!

Катулл. Из неопубликованного

О Цезарь, ты меня переживешь,

и омрачит ли дней твоих сиянье

то, что пишу? Клевреты скажут – ложь!

И ты не снизойдешь до оправданья.

Но эта лира пред тобой чиста,

и дух мой болен ядом той заразы,

что лживы всякий день твои уста,

твои поступки и твои приказы…

Красивыми словами не зови

то, что вершишь темно и осторожно, -

тот, кто бывал обманутым в любви,

узнал, что вновь поверить невозможно.

В пылу объятий, жарких и нагих,

страсть задохнется, гордости переча -

от женщины, лобзающей других,

смешно мне слушать клятвенные речи.

И ты, диктатор, разве не смешон,

среди триумфов, что бесстыдней оргий,

когда народу дикому внушен

тобой и страх, и трепет, и восторги?!

С меня публичных девок и мужей

довольно. Смерть! Лишь ты побед не прочишь,

не вытолкаешь спорщика взашей

и отменить свиданья не захочешь…

Последняя молитва Франсуа Вийона

Как верит каждое ухо тихим речам Твоим,

как веруем и мы сами,не ведая что творим…

(Б.Ш.Окуджава)

Не пробраться по следу Лота -