– Миш, дай ты ему бутылку туда, пусть погреется. И пошли веревку другую искать.

Василий сидел в колодце и трясся от холода. Хорошо еще самогонки дали, может полегчает. Василий приложился к горлышку, отпил. Интересно, скоро они там? Поскорее бы.

Он еще раз глотнул из бутылки, завинтил пробку и посмотрел на верх.

Солнце уже далеко отползло от края колодца и смотрело на него теперь сверху вниз, как издевалось. Василий вздрогнул и полез за бутылкой.

Сделав пару крупных глотков он собрался завинтить заветный сосуд, но не успел. Вода перед ним вспенилась и он увидел приятное девичье личико с зелеными волосами. Вслед за личиком показалась шея, плечи, крупная грудь с зелеными бусинами сосков. Зеленоволоска вылезла из воды по пояс и подмигнула Ваське.

– Ты кто?

– Дай глотнуть из бутыли - скажу, - ухмыльнулась девица.

Василий протянул бутылку и девка на долго присосалась к горлышку, глаза ее заблестели, улыбка стала шире.

– Русалка я, - протягивая бутылку обратно сообщила она.
– Живу здесь рядом. Услышала возню вашу, дай думаю загляну, может чего надо. Тебе ничего не надо?
– голос ее стал масляным, тон явно не двусмысленным, да и глядела она на мужика призывно.

– Ничего мне от тебя не требо, - пробормотал Василий с затаенной тоской оглядывая пышный бюст с зелеными сосками.
– Ты мертвая, холодная и противная.

– Сам ты противный, да я краше всех девок, что в вашей деревне живут. И не мертвая я, живая, можешь проверить. А кто из нас холоднее еще вопрос, не я же который час в ледяной воде сижу.

– Живая говоришь? А чо у тебя патлы зеленые?

– А чего у тебя борода рыжая?
– отозвалась русалка.

– Ну не знаю...

– Холодная? А ну-ка дай бутылку, - русалка залудила такую дозу, что у Васьки глаза на лоб полезли.
– Сейчас узнаем, кто из нас погорячее, пробормотала русалка и ушла под воду. Через секунду Василий почувствовал чье-то присутствие в своих штанах.

– Нету веревки! Черт, и как его теперь вытаскивать?

Мишка злился: час, который мы провели перерывая весь дом в поисках веревки, ничего хорошего нам не дал.

– Не волнуйся, - попытался урезонить я брата.

– Да я и не волнуюсь. Пошли хлопнем, может мысли лучше потекут.

Я не стал спорить, в конце концов Васька там пьет в колодце, так почему нам здесь нельзя. Мы уселись на кухоньке, хлопнули по стопарю, потом еще, потом Мишка закурил, а я задумался.

– Слушай, а если еще посмотреть.

– Где?
– зло сверкнул в меня глазами брат.
– Весь дом кверху сракой перевернули.

– А здесь? На кухне? Ведь не смотрели.

– А где тут смотреть?

– Да вон хоть в том ящике. Чего в нем?

– А я почем знаю? Тут не я, а Галка хозяйничает.

Я вытянул из под стола ящик, поковырялся и открыл его. В ящике лежала потрясающая статуэтка. Старичок в метр высотой смотрел пристально с хитрецой. Я поставил старичка на стол, оглядел с ног до головы тонкую работу неизвестного мастера:

миниатюрную фигурку, смешливое старческое лицо, длинную жидкую бороденку. Я постучал статуэтку по лбу - вроде деревянный.

– Это из чего?
– спросил я Мишку.
– Из дерева?

– Сам ты из дерева!
– старичок пошевелился, разминая конечности, и сел на край стола свесив ноги.
– А я из плоти и крови, вот.

Мы с Мишкой застыли не сводя глаз со "статуэтки", а дед потупил глазки:

– Ну чего смотрите? Домовых не видали?
– зло спросил он.

– Ты... Вы домовой?
– пробормотал мой брат.
– Мой собственный домовой? А почему я про тебя не знал ничего?

– А ты интересовался?
– ухмыльнулся старикан.
– И потом, пока во мне нужды нет, я не показываюсь принципиально.

– А сейчас что, нужда появилась?
– заинтересовался я.

– А то, я слыхал беда у вас, друг в колодезь провалился, а вытащить не могете. Так?

– Так.
– нахмурился Мишка.

– Ну, а раз так, то айда за мной. Знаю я где веревка лежит добрая, старичок спрыгнул со стола и поковылял к двери.

Когда мы втроем подошли к колодцу, от туда доносилось пьяное пение:

Хорошо в деревне летом, Пристает говно к штиблетам.

Выйдешь в поле, сядешь с... гм, хм...

Далеко тебя видать.

Васька похихикал, смолк, а потом опять запел, но теперь уже тонким пронзительным голосом:

Полюбила парня я, Оказался без ...

На ... мне без ...

Когда с ... до ...

– Василь, кончай свои песнопения, - оборвал я пьяного пошляка, кидая в колодец конец веревки.
– Держи канат, тягать тебя будем.

– Дер-ик-ржу, - сообщил Васька своим обычным хриплым голосом.