Подбоченившись, присмотрелся и фыркнул:

– Выглядишь ужасно!

– На себя бы посмотрел после попойки,- я приняла сидячее положение, и ши, запищав, взвились в воздух.

Баако тут же занял своё излюбленное место на моём плече – у меня даже не было сил его согнать. Голова кружилась, а в рот будто напихали войлока.

– Кто-нибудь может принести воды?

Воду принесли ово. Они же приготовили ванну. От еды я отказалась, но воды выпила столько, что начала икать. Храмовая марихуана оказалась действительно сильной. После "косяка" моего мира я пришла в себя довольно быстро. Но сейчас... В голове плавал туман, цепь событий прерывалась на моменте, когда Ээрикки куда-то меня тащил... Я надеялась, что сарторий вкоре появится и расскажет, что произошло. Но появился Конан – я только устроилась возле окна с кувшинчиком воды на коленях. А за ним – Векеса. Мурлыкнула мне приветствие и присела на подлокотник кресла, в котором расположился ликтор.

– Вижу, ваше взаимопонимание крепнет день ото дня,- хрипловато хихикнула я и поморщилась.

Вспомнила, как хохотала в храме. Наверняка, весть об этом дошла до принцепса, и это сыграет в пользу моей отставки, но всё же... Такое поведение в священном для кого-то месте…

– Как ты себя чувствуешь?- поинтересовался Конан.

– Как с перепоя… И мне не по себе, что вела себя неподобающим образом в вашем святилище. Мне жаль.

– Так что с тобой было?- подала голос Векеса.- Я тоже посещала храм, но ничего особенного не почувствовала.

– Растение, которое сжигают в курильницах, действует на людей, как эль на ши,- я вздохнула.- А где Ээрикки?

– Он… занят. Но просил передать тебе пожелания скорейшего выздоровления.

– Просил передать? А лично озвучить их не собирается?

Ликтор и Векеса переглянулись.

– Что?- не поняла я.

– Поведение сартория показалось мне странным,- проговорил Конан.- Вы поссорились?

– Когда?- удивилась я и осеклась.- То есть... не думаю. Если честно... мало что помню.

Снова этот многозначительный взгляд.

– Может, и мне скажете?- разозлилась я.- Если как-то его оскорбила, готова извиниться. Я не понимала, что делаю и что говорю!

– Вероятно, он навестит тебя позже,- успокаивающе произнёс Конан.- А теперь нужно подготовиться...

– Куда?..- простонала я.

– На встречу с Мудрыми.

– О Господи! Только этих мне не хватает...

– Отказаться ты не можешь.

– Кто бы сомневался...- охая и вздыхая, я поднялась со своего "насеста".- Кстати, как меня вернули сюда?

– В лектике. Сарторий вынес тебя из храма, сказал, тебе стало плохо. Весь остаток дня и ночь ты была в беспамятстве. Принцепс, услышав о том, что произошло, поспешил сюда и даже велел позвать своего личного лекаря. Только когда тот уверил, что утром ты придёшь в себя, принцепс согласился покинуть твою комнату.

– Боже мой...- я схватилась за лоб.- И всё из-за дурацкой травки!

– Слух о том, что атмосфера храма подействовала на тебя... особенным образом, разошёлся по городу,- продолжал Конан.- Как и слух об инциденте с молодыми хемиечинусами.

– И что?- настороженно спросила я, видя, что он замялся.

– В городе многие считают, на тебя снизошла милость богов, и ты избрана ими. Поэтому ты отмечена великим милосердием, а пребывание в храме оказало на тебя такое действие. Почувствовав прикосновение богов, ты повела себя... как повела.

Я уронила кувшинчик, остатки воды выплеснулись на ковёр.

– Дейни,- поднявшись с подлокотника, Векеса скользнула ко мне.- Ещё ничего не потеряно. Сейчас избранницы отправятся к Мудрым, а после заката мы соберёмся здесь и решим, как действовать дальше.

– Перед дверью будет стоять караул,- жалобно пискнула я.

Векеса покосилась на Конана и довольно улыбнулась.

– О преторианцах позабочусь я.

Как только дева-кошка удалилась, Конан поднялся с кресла и подал знак ши. Те с готовностью закружились вокруг меня, ехидно переговариваясь, какое платье выбрать, чтобы подходило к цвету моего лица: серое, бледно-голубое, цвета болотной травы...

– Не замолчите – больше не пущу на кровать!- шикнула на них я, и эльфики притихли.

– В этот раз наряд не так важен, как поведение,- нравоучительно произнёс Конан.- Мудрые не различают цветов, но чтят учтивость.

– Значит, нужно им нагрубить? Запросто!

– Нет, не грубить,- мягко поправил меня Конан.- Проявить неуважение можно и иным способом.

– К примеру... не поклониться?

– К примеру,- кивнул он.- Будь высокомерно-вежливой. Эта роль удаётся тебе не слишком хорошо, но всё же постарайся. Никаких реверансов – небрежного кивка вполне достаточно. Спокойное, властное слегка презрительное поведение – и, когда придёт время, Мудрые воспротивятся выбору принцепса.