Небеса… Бенжен невольно оскалился. Он едва понимал, что произошло, и зачем ведьмам нужно было это делать, но… Все это точно не к добру. Может, Хозяин поймет. Он хорошо знает ведьм.

— Теперь нужно, — молодая колдунья с трудом распрямилась, — найти девчонку, — она попыталась шагнуть, но не удержалась на ногах и болезненно повалилась на свою помощницу. Монахиня выругалась и прибавила, — ритуал меня ослабил, нужно… Нужно передохнуть.

— Да, преподобная, — закивала удерживающая ее женщина с писклявым голосом.

— И придумать имя, которым я назовусь. Не хочу использовать свое, кто знает, что теперь может этот фейри и… Рыцари.

К двум ведьмам подошла еще одна, чтобы помочь… Преподобной?

Ухватив ее за руки, помощницы повели колдунью вглубь леса, видимо, чтобы отсидеться. Это плохо. Они могут хорошо спрятаться в чаще… Но Бенжен уже не рискнул последовать за ними. Он не сумеет пройти незаметно, не сумеет самостоятельно с ними справиться.

Лучшее, что мальчик может сейчас сделать — вернуться к Хозяину Зимы.

Дождавшись, когда все монахини отдалились от обелиска и почти исчезли за переплетенными черными ветвями деревьев и кустарников, Бенжен позволил себе резко выдохнуть, согнуться, отдышаться… Чувства, которые он упорно сдерживал, пока наблюдал за ведьмами, теперь нахлынули все разом. Но мальчик не собирался им поддаваться — лишь на мгновение дал волю, чтобы чуточку прийти в себя, раскрыть силы.

Он заставил страх, непонимание, исступление снова погрузиться в самые глубокие пучины его души и со всей дури дернул в сторону степи.

Ноги едва слушались и, хотя ветер бил в лицо, свистел в ушах, Бенжену чудилось, что он двигается невыносимо медленно. Но ничего. Сейчас он вскочит на Гестебара и галопом понесется к замку.

Вылетев на обширный пустырь, Бенжен быстро оглянулся, выискивая стройного и белоснежного коня, однако… Нигде его не увидел.

Мальчик резко остановился и оттого чуть не упал — ноги заскользили по вязкой земле. Куда… Куда делся Гестебар? Он никогда не бросал Бенжена!

Мальчик нервно посмотрел по сторонам, повернулся вокруг своей оси. Проклятье… Коня нигде не было!

Вдруг он увидел черный дым, растянувшийся по небу. Замерев, подумав, Бенжен вздрогнул испуганно. В той стороне находился замок Хозяина!

Неужели что-то случилось? Неужели… Об этом говорили ведьмы? Кто-то нанес удар! Кто-то напал на замок!

И совсем скоро монахини святой Гретты осуществят свой план, в чем бы он ни заключался…

Небеса! Что же делать?

Бенжену чудом удалось не рухнуть под волной отчаяния. Он крепко стиснул зубы, сжал пальцы в кулак и решил, что не сдастся. Гестебар исчез? Тогда… Тогда он доберется до замка на своих двоих. Он сделает все, но не позволит кому-либо навредить Хозяину и Катрине.

Она почувствовала запах лаванды. Тонкий, успокаивающий, умиротворяющий. В этом запахе хотелось раствориться без остатка.

Однако звонкое журчание воды будоражило, побуждало набрать полную грудь холодного свежего воздуха и распахнуть глаза навстречу миру.

Катрина мгновение лежала неподвижно, вслушиваясь в биение сердца, гул в ушах, пульсацию в висках, улавливая легкие покалывания в мышцах, дрожание рук, ноющую боль в спине… Мысли вихрились, метались, и она не могла зацепиться ни за одну из них.

Где она? Что случилось?

Запах лаванды.

Неужели наступила весна?..

Вдруг раздался хруст веток. Совсем близко. Громко. Так громко, будто наступивший весил не меньше тонны.

Шелест кустарников. Кто-то двигался.

Леди Догейн вздрогнула испугано, резко села, осмотрелась и тут же… Застыла изумленно. Она лежала посреди рощи. Ветви древних деревьев, переплетясь, напоминали черную паутину. Колючие голые кусты, что затаились меж могучими стволами, образовали непроходимую стену. Лес еще не понял, что долгой зиме пришел конец, однако… Катрина оказалась в центре странного островка весны. Земля под ее спиной проросла ярко-зеленой травой, виднелись круглые ромашки, солнечные одуванчики, а возле головы вытянулись цветы лаванды. Рядом также оказался резвый родник, наконец, оттаявший от векового льда. Он радостно звенел, вода чуть заметно поблескивала, устремляясь вдоль рощи, но когда ручей уходил слишком далеко от Катрины, туда, где земля все еще была припудрена снегом, лед снова сковывал его в холодных тисках.

Леди Догейн ощутила непривычное тепло в районе груди. Она расстегнула шубу, осмотрела саму себя и увидела, что Сердце Зимы стало ярко-зеленым, с заметной желтизной. Как странно. Девушка точно помнила: камень переливался голубыми и синими оттенками.

Он никогда не был холодным и часто нагревался, но сейчас от него исходило совсем иное тепло. Мягкое, нежное, похожее на прикосновение лучей молодого солнца.

Что-то изменилось, не было сомнений. Катрина зажмурилась, сконцентрировалась, попыталась разложить мысли по местам и вспомнить, как она здесь очутилась.