Не все авторы, пишущие в русле критических исследований веса/исследований жира, считают себя активистами. Они позиционируют себя скорее как беспристрастных критиков или исследователей, которые анализируют социокультурные смыслы тучности. Фэт-активизм же, напротив, открыто занимает ярко выраженную энергичную политическую позицию, направленную на достижение социальной справедливости и борьбу с дискриминацией тучных людей. Фэт-активисты используют самые разнообразные термины: фэт-прайд, принятие жира, принятие размера тела, – чтобы продемонстрировать свою главную цель: оспаривать и переосмысливать сложившиеся вокруг тучной телесности преимущественно негативные смыслы, чтобы сделать тучные тела видимыми, влиятельными, полными сил, здоровыми и позитивными.

В работах тех, кто определяет себя как фэт-активистов, эмоциональный аспект тучной телесности обозначается гораздо более отчетливо и красноречиво, нежели в остальной критической литературе: в особенности чувства унижения, фрустрации и гнева, испытываемые тучными людьми в связи с тем, что их маргинализируют и патологизируют, изображая как ленивых и безответственных; а также противоречивость переживаний по поводу тучной телесности в ряде случаев. Многие авторы этого направления подчеркивают более широкие политико-экономические аспекты нынешней сосредоточенности на контроле за весом, утверждая (подобно тем скептикам, о которых речь шла выше), что правительство, медицинская профессия в целом, фармацевтическая индустрия, рекламные компании и компании, производящие товары для похудения, преувеличивают риски, связанные с тучностью, чтобы делать на этом деньги или ради удовлетворения личных амбиций. Они заявляют, что причиной заболеваний и плохого здоровья является не тучность сама по себе, а негативное отношение со стороны общества, которое ведет к маргинализации тучных людей, моральным санкциям и дискриминации, в результате чего они оказываются социально и экономически уязвимыми (см., напр.: «Исследования жира: хрестоматия» – The Fat Studies Reader [Rothblum, Solovay, 2009]; «Педагогика жира: хрестоматия» – The Fat Pedagogy Reader [Cameron, Russell, 2016]).

Фэт-активизм созвучен деятельности представителей феминистского движения и движений за права черных, геев, лесбиянок и людей с ограниченными возможностями, которые выявляют основанные на физических характеристиках и сопутствующих им негативных культурных ассоциациях маргинализацию и дискриминацию женщин, черных, геев, лесбиянок и людей с ограниченными возможностями и активно с ними борются. Члены этих движений, основанных на политике идентичности, на личном опыте переживают стигматизацию и дискриминацию, которые они стремятся выявить, чтобы с ними бороться. Чтобы побудить к действиям, необходимым для запуска социальных перемен, они опираются на давно копившиеся тяжелые чувства участников движений – их обиду, гнев и фрустрацию.

Фэт-активисты – это в подавляющем большинстве женщины, придерживающиеся феминистских взглядов на тучную телесность и определяющие себя как тучных. Некоторые из них пишут востребованные книги и ведут популярные блоги о дискриминации и политике жира, многие активисты участвуют в группах поддержки и мероприятиях, на которых освещаются вопросы дискриминации, ратуют за принятие законов против дискриминации тучных людей и работают над позитивными образами тучной телесности, прежде всего женской. Не все из них обращаются к теоретическим подходам и академической литературе, посвященной тучной телесности. Однако многие фэт-активисты используют подходы, предлагаемые социальными и гуманитарными науками, а некоторые сами являются исследователями, пишущими не столько для широкой, сколько для академической аудитории (см., напр.: [Solovay, Rothblum, 2009; Cooper, 1997; 2009; 2010; Murray, 2005; 2008; 2009a; 2009b]).

Подходы, рассматриваемые в этой главе, весьма разнообразны, часто состязаются или конфликтуют друг с другом по вопросу о том, как следует понимать тучную телесность, и о том, какие практики или виды вмешательства необходимы либо для того, чтобы ограничить распространение тучности, либо для того, чтобы сопротивляться политике борьбы с ожирением и фэт-шеймингом. В следующей главе мы более подробно рассмотрим виды вмешательств, предлагаемых или предписываемых медицинскими и здравоохранительными ведомствами, а также государственными структурами, для того чтобы мониторить, регулировать и дисциплинировать тучность.

Тучные тела стали объектом обширной сети стратегий и технологий слежения, мониторинга и регулирования, осуществляемых финансируемыми государством организациями, медицинскими экспертами и коммерческими предприятиями. В этой главе рассматривается, каким образом тучными телами управляют с помощью этих стратегий и технологий, а также лежащих в их основе представлений, неявного знания и властных отношений.

Медицина и здравоохранение – взаимопересекающиеся влиятельные институты, которые оказывают огромное воздействие на то, как люди понимают, воспринимают и переживают свою телесность. Медицинские дискурсы и практики направлены на тело индивида в клиническом контексте, в то время как в здравоохранении медицинское знание применяется в отношении здоровья групп населения. Оба института сыграли ключевую роль в конструировании проблемы «эпидемии ожирения» и консультировании людей по вопросу о том, как они должны организовать свою повседневную жизнь в целях поддержания своего веса на «нормальном» уровне ради сохранения здоровья. Из этого следует, что, хотя знания и практики медицины и здравоохранения обычно расцениваются как полезные и свободные от идеологии, они часто невольно подкрепляют скрытые предположения относительно природы тучности. Я не берусь утверждать, в отличие от некоторых более непримиримых фэт-активистов и критиков идеи ожирения, что эксперты в области медицины и здравоохранения сознательно стигматизируют тучных людей и способствуют «фэт-геноциду», убеждая тучных людей сбрасывать вес, или что они испытывают сознательную ненависть к тучным людям и стремятся построить свою карьеру за их счет (хотя, возможно, для крошечной части этих специалистов это действительно так). В медицине и здравоохранении власть осуществляется гораздо более тонким, диффузным и сложным способом. Позиция «борьбы с ожирением» и связанные с ней требования, исследования, товары, практики, дискурсы и смыслы – это сложное социальное явление, включающее множество социальных акторов, групп и организаций самого широкого спектра, от системы образования, семьи, научного сообщества, правительства до массмедиа и культуры товаров широкого потребления [Gard, Wright, 2005; Gard, 2011].

Медицина и здравоохранение существуют в культурном контексте, в котором циркулируют определенные давно устоявшиеся представления о тех или иных типах телесности. Как и другие влиятельные институты, медицина и здравоохранение используют, воспроизводят, а нередко и подкрепляют эти представления на уровнях, о которых часто не подозревают практики и теоретики, работающие в этих областях [Lupton, 1995; 2012; Petersen, Lupton, 1996]. Так, в случае с тучностью исследователи в области здравоохранения и сторонники политики борьбы с ожирением склонны принимать на веру различные представления и дискурсы, осмысляющие тучные тела, точно так же, как это делают массмедиа, представители системы образования и непрофессионалы, в том числе и сами тучные люди.