Свернув с основного маршрута, они посетили музей бензоколонок и задержались там, по мнению Дилана, несколько дольше, чем нужно. Наконец на закате они въехали во Флагстафф. Дилан проиграл и залил полный бак за свой счет. И она все равно купила ему пакетик «Твиззлерс». Ближе к восьми вечера Джой остановила автомобиль у заведения с вывеской «Блу-Рум». Над обшарпанной дверью вспыхивал неоновый бокал для мартини. Нижнюю половину единственного прямоугольного окна покрывали выцветшие музыкальные афиши.

– Чудесное заведение, – заявила Джой.

– Неужели я слышу сарказм в твоем голосе?

– Уверен, что с тобой там все будет в порядке?

– Я постоянно выступаю в таких заведениях. – Он лгал. Но ему было приятно, что она о нем беспокоится. – Со мной все будет в порядке, куколка, – протянул Дилан, впервые в жизни и очень удачно изобразив Джеймса Дина.

– О, мои звезды, – поддразнила она, потешаясь над ним.

Он выбрался из машины, посмотрел на вывеску бара, раздраженно ворча, забрал с заднего сиденья свои вещи. Захлопнул дверцу и наклонился к окну, чувствуя, что ему не хочется. Не хочется уходить или выступать? Наверное, и того и другого понемногу.

– Знаешь… мне кажется, что я буду по тебе скучать, подруга, – признался он, думая про то, какие строки сумеет сложить из той малости, которую успел про нее узнать.

Джой улыбнулась, и ему захотелось верить, что блеск в ее глазах означает, что и она будет скучать тоже.

– Как бы там ни было, друг, поездка с тобой получилась нескучной. Куда ты направишься из Нью-Йорка? Полетишь домой?

– Ты собираешься пригласить меня на свидание? – поддразнил он.

Она вспыхнула.

– Нет! Я… даже не знаю… просто… из любопытства, – оправдывалась она.

– В Лондон. Встречусь с двоюродным братом, потом домой. – Он непринужденно улыбнулся. – Береги себя. И постарайся сделать что-нибудь для себя в этом путешествии. – Ему не нравилась мысль о том, что все это из-за Джуди и ее списка дорожных дел.

– До свидания, Дилан.

– Пока, Джой. – Он шутливо откозырял ей, повесил на плечо сумку, взял гитару. Потом адресовал небесам изрядную порцию проклятий и вошел в бар.

Уговор нарушен уже на следующий после расставания день. Дилан делает это ненамеренно, в минуту слабости. Он сам не ожидал, что станет сожалеть о том, что не сказал ей всего. Кто бы мог подумать, что расставание скажется на нем так скверно. Ему так не хватает ее, что он чувствует физическую боль в груди. Иногда ему трудно дышать, и Дилан совершенно не узнает себя.

Дилан Уэстфилд расклеился из-за женщины. Это не входило в его планы.

Обычно все бывает наоборот. Это он бросает женщин, разбив им сердце. Хотя, за исключением одной девочки из старших классов, в которую он когда-то влюбился, никто из женщин и не отвечает ему настоящим чувством. Им нравится возможность переспать с ним, сыном Джека Уэстфилда, и это утверждает Дилана во мнении, что любовь бывает только на экране, а в реальной жизни это полная неразбериха, особенно в музыкальной индустрии. Он не испытывает никакого интереса к семейной жизни. Даже не планирует жениться. И понятия не имеет, что значит быть хорошим мужем. У него были дерьмовые образцы для подражания.

Устроившись на заднем сиденье «Лэндровера», Дилан достает из нагрудного кармана телефон. Автомобиль с тонированными стеклами прислал кузен Чейз. Арендовал специально для того, чтобы забрать Дилана из Хитроу и доставить в сердце Лондона. Дилану хватает времени устроиться в отеле, принять душ и встретиться с Чейзом в «Олд Блу Ласт». Сегодня выступают «Броук Милленниалз», и Чейз хочет их посмотреть. Он желает получить отзыв Дилана до того, как усядется с менеджером группы обсуждать ее запись для лейбла, запущенного ими несколько лет назад. Лейбл называется «Уэстфилд рекордз». По этой причине он и прилетел в Лондон, и именно поэтому они с Чейзом собираются следить за ходом фестиваля. Изучать тренды и высматривать таланты. Группа «Броук Милленниалз» – одна из многих попавших в поле их зрения.

Не успев осознать, что он делает, Дилан открывает App Store и загружает «Фейсбук». Он смотрит на экран, держа палец над синей квадратной иконкой, и наблюдает за вращающимся кольцом загрузки. Наконец оно исчезает – приложение полностью загружено.

Он никогда не создавал профиля в социальных сетях. До этой минуты он вообще избегал социальных сетей. Потому что чем меньше в Интернете информации о том, кто он и чем занимается, тем лучше. Ему не нужны психи, роющиеся в его профилях. Он не желает открывать доступ к своей личной жизни поклонникам Джека, этой скорбящей фанатской массе, а ведь именно через всяческие приложения они способны ворваться в твое бытие. Но «Фейсбук», возможно, единственный способ увидеть ее.