Сандра.

Он так и не нашел в себе силы, чтобы прийти к ней в последний раз в отделение патологии, где ее труп сейчас вскрывают студенты-медики. По этой причине до сих пор не была назначена дата официального погребения.

– Что там сегодня? – крикнул таксист назад. Убавить звук ему в голову не приходило.

– Что вы имеете в виду? – удивленно спросил Марк.

– Ну, в «Хакслис». Кто выступает-то?

«Я похож на человека, собирающегося на рок-концерт?»

– Без понятия. Мне просто нужно заскочить в бюро.

Попай взглянул в зеркало заднего вида, снова шмыгнул носом, дав понять, что думает по поводу офиса в таком месте.

– Я тащусь от «Эйши», – ни с того ни с сего заявил он. Видимо, ожидал удивления, что у бодибилдера может быть такой необычный музыкальный вкус. Марк пытался его игнорировать. Ему нужно было собраться с силами, чтобы отсортировать вопросы, на которые его мозг так и не нашел ответов: «Почему я не могу попасть к себе в квартиру? Если Сандра умерла, как она могла открыть мне дверь? Если она жива, почему не узнает меня?»

– Кем вы работаете? – спросил водитель. Сейчас ему приходилось перекрикивать не только индийскую музыку, но и невнятное шипение из рации.

«Неудивительно, что я не могу собраться с мыслями».

Сначала Марк решил сразу поехать к Константину. Но потом вспомнил, что на его рабочем компьютере в бюро «Пляж» сохранены все данные из памяти телефона. К тому же тех нескольких купюр, что лежали в кошельке, не хватило бы на поездку ни до семейной виллы в Сакрове, ни до частной клиники Константина на Хеерштрассе.

«01621…» Марк ломал себе голову. У сотовых номеров Сандры и Константина был одинаковый код. Он также знал, что каждый номер заканчивался на 66.

«Дьявольские числа», – как-то раз пошутила Сандра. К сожалению, она не дала ему подсказку для оставшихся четырех чисел посередине. Марк почувствовал себя, как в детстве, когда они с Бенни пытались взломать велосипедные кодовые замки на школьном дворе. Было абсолютно невозможно случайно подобрать правильную комбинацию телефонного номера.

«Давай-ка все по порядку. Сейчас ты поедешь в бюро, зарядишь телефон, вернешь себе деньги, а потом и жизнь. Свою идентичность».

На таксометре выскочило двенадцать евро тридцать центов, и тут в голове Марка сформировалась мысль. Он попытался отогнать ее от себя, но в следующий момент понял, что должен решиться на это, если хочет выяснить, что происходит. Если кто-то произвел манипуляции с его мобильным, то это можно было проверить только с помощью телефона стороннего человека.

– Простите? – Он прикрыл свой мобильник так, чтобы водитель его не увидел, и нагнулся вперед. – Вы не могли бы сделать мне одолжение?

Попай тут же убрал ногу с педали газа и свернул на обочину, хотя до цели оставалось всего двести метров.

– Денег нет? – подозрительно спросил он и обернулся.

Марк просунул телефон под бедро.

– Нет, нет. Мне кажется, я потерял свой телефон. Вы не могли бы набрать мой номер?

Марк указал на телефон водителя, который был вставлен в пластиковый держатель рядом с таксометром и служил навигатором.

– Потеряли? Вы же разговаривали, когда садились в машину.

Черт! Марк был настолько растерян, что даже не подумал об этом.

– Это мой второй телефон. А вот блэкберри пропал, – поспешно соврал он.

Таксист был настроен скептически.

– Вы голубой? – спросил он.

– Почему вы так решили?

– Ну, это распространенный трюк. Я звоню вам, чтобы у вас остался мой номер. Но я не такой. Хотя я и ношу кожаные вещи, но это не означает…

– Нет, не волнуйтесь. Я действительно просто хочу знать, потерял ли я где-то свой служебный телефон или он остался у моей подружки. Я бы и сам себе позвонил, но у меня аккумулятор разрядился. – Марк снова вытащил свой мобильник.

Водитель по-прежнему сомневался.

– У меня все равно скрытый номер.

– Видите, тогда вообще без проблем.

Попай напряг бицепс, презрительно фыркнул, затем почти силой вырвал телефон из крепления и набрал номер, который продиктовал ему Марк.

– Гудки идут, – сказал он спустя какое-то время и отстранил телефон от уха.

Марк слышал тихие сигналы, хотя на его дисплее не отображался входящий звонок.

«Значит, я был прав. Они просто заменили сим-карту. Но зачем?»