Изначально, каждый вновь внедряемый знает свое предназначение, и тех, рядом с кем ему предстоит существовать. И это нужно только лишь для того, чтобы внедряемый мог понять, справиться ли он с возложенной на него миссией. Конечно же, эти знание не деваются никуда, и родившись, внедренные помнят о том, что им предстояло пережить раннее и для чего они сейчас здесь, и иногда они делятся своими знаниями, но на счастье окружающих их людей, понять, о чем рассказывает новорожденное дитя пока ни у кого не получалось. А постепенно и ребенок, стараясь во всем походить на тех, кто для него стал родителями, утрачивает способность ярко помнить все те события, которые предшествовали его появлению на Земле. И лишь изредка, ни с того ни с сего приснится незнакомое место, в котором никогда не был, или же люди, с которыми не знаком. Проснувшись, он только удивится причудливости образов. А это и есть, те воспоминания, которые всплывают из прошлых жизней. А качество, которое часто называют «фантазией» более всего развито именно у детей лишь благодаря той, ранней памяти, которая незримо присутствует у каждого, но тоньше её чувствуют лишь они. Но если бы все всегда знали о своем предназначении, строго следовали бы поставленной задаче, ни на сантиметр не откланяюсь от указанного пути, то откуда в таком случае могло бы взяться такое необъяснимое и непонятное событие как чудо?».

– Дерево, а ты правду мне сейчас рассказываешь? – недоверчиво повела своими роскошными усищами подружка старого дерева. – Что-то слишком этот рассказ похож на выдумку. Может ты специально это все мне говоришь, чтобы я полюбила создание, которое коверкает мое имя и не дает прохода?

– Ласа, ты вправе верить мне или подвергать сомнению сказанное. Я же рассказываю то, что было услышано и увидено собственнолично.

– Ладно, ладно, не кипятись, – миролюбиво замурлыкала кошка, с недавних пор понявшая целесообразность компромисса, – было так было. Просто получается, если ты можешь общаться с младенцами, то и в тот период, когда они еще не появились на свет, а зовутся эмбрионами, ты тоже их понимаешь?

– Ещё как. Но может, хватит на сегодня детской тематики? Давай расскажу тебе коротенькую историю про человека, который, как и ты не верил услышанному и чуть не поплатился за это.

Помнишь, на прошлой неделе, у соседнего с твоим подъездом, стояла карета «Скорой помощи»? Тогда еще всё жители высыпали во двор и гадали к кому она приехала.

А врачи прибыли по вызову вон из той квартиры – на пятом этаже. Видишь, оконные рамы, которой так некрасиво облупились.

Назову этот случай:

2.2 А теперь, поговорим

Ремонт дело неблагодарное, бесконечное, тягомотное. Но тем не менее, делать его надо, хотя бы изредка. Вот и наступил момент, когда понимание того, что, если не заняться им незамедлительно, последствия будут катастрофическими: начиная от скандалов, граничащих рукоприкладством с женой, заканчивая частичным обрушением стен на голову одного из домочадцев. Все основное сделала бригада специально обученных работников, ну а мелочевку, в виде покраски батарей, я оставил для собственноручного выполнения, дабы доказать и себе, и окружающим, что чего-то стою, как рукастый представитель сильного пола, заслуженно проживающий на данной территории.

Выбрал день поспокойнее, когда сожителей не было в квартире, и расположился около объектов покраски, с кисточкой наперевес. Дело оказалось, хоть и давно забытым, но весьма увлекательным. Слой за слоем краска ложилась на поверхность, покрывая все неровности, загрязнения и другие несовершенства источника тепла. Монотонность производимых мною действий постепенно привела к тому, что, приступив к очередной готовой к покраске батареи стало неумолимо тянуть ко сну, и как это часто со мной бывает, я как будто оказался в параллельной реальности, вроде бы, как и бодрствую, а окружающая действительность стала несколько размыта, краски тусклее, звуки приглушённые.

– Как долго ты будешь игнорировать меня? – услышал я вдруг чей-то голос.

Настолько неожиданно он прозвучал, да и громковато для пустой квартиры, что от неожиданности кисточка выпала из моих натруженных непривычной работой рук.

– Кто здесь? – невежливо отвечая вопросом на вопрос, отозвался я.

– Я здесь. Твоя интуиция.

– Никогда бы не подумал, что интуиция может разговаривать.

– В этом то и основная твоя беда. Ты вообще редко мыслишь, а еще реже задумываешься над происходящим.

– Не понимаю, о чем речь.

– Давай по порядку. Я твоя интуиция. С самого рождения, мы с тобой неразлучны. Можно даже сказать, что ты появился на свет со мной вместе. Поначалу, контакты наши носили постоянный характер, ты прислушивался к моим советам, следовал моим указаниям. Но чем старше становился, тем меньше стал обращать на меня внимания.

– Хоть убей, не понимаю, о чем ты говоришь! Какие советы, какие указания? Кто ты вообще? Почему я не вижу тебя?

– Ну слышишь, уже хорошо. Вот и не митингуй, посиди и послушай, коли начал. Когда ещё шанс мне такой представится, выговориться и главное, быть услышанной. Так что, не мешай, сиди впитывай. Так вот, позволь я продолжу.

Напрягись, вспомни себя ребёнком. Когда вы разбивались на группы и устраивали командные игры, ты же всегда, почему-то, оказывался в той команде, которая выигрывала. И если вдруг возникали какие-то детские непонятки, ты занимал сторону того, кто в конце концов выходил из ситуации победителем. Вспоминаешь? Хорошо! Двигаемся дальше.