Нежные слова
вернуться

Асадов Эдуард Аркадьевич
Шрифт:

Стихи об одной любви

Он так любовь свою берег,Как берегут цветы.И так смущался, что не могСказать ей даже «ты».Он ей зимой коньки точил,Для книжек сделал полку,Все чертежи ее чертилИ тайно в паспорте хранилЗеленую заколку.Она смеялась – он светлел.Грустила – он темнел.И кто сказал, что будто нетЛюбви в шестнадцать лет?!К тому, что будет впереди,Навстречу всей вселеннойБежали рядом два пути,Сближаясь постепенно.Робея под лучами глаз,Не смея губ коснуться,Он не спешил: настанет час,Когда пути сольются.Когда придут взамен тревогСлова «люблю» и «да»И над скрещеньем двух дорогНе робкий вспыхнет огонек,А жаркая звезда.И жизнь была бы хороша,Презрей он ту «услугу».Но раз не вынесла душа,И он, волнуясь и спеша,Во всем открылся другу.Тот старше был и больше зналИ тем слегка гордился.– Ты просто баба, – он сказал, —Как маленький, влюбился!Любовь не стоит ни гроша,Коль сердце только тает.Запомни: женская душаНесмелых презирает!Она ж смеется над тобойПочти наверняка.Да где характер твой мужскойИ твердая рука?!Потребуй все. Не отступай!Смелей иди вперед!Она – твоя! Не трусь и знай:Кто любит – не уйдет!И чтоб в любви не знать обид,Запомни навсегда:Что грубость девушка простит,А глупость никогда!Весенний ветер ли подул,Коварен и лукав,Иль друга речь, иль крови гул,Но парень, выслушав, кивнул:– Возможно, ты и прав…Звенела ночь, луна плыла,Как ворон, мгла кружила,И хоть растеряна была,Она и вправду не ушла,Наверное, любила.Гремели зори у рекиКантатами скворцов,И мчались дни, как огоньки,Как стрелы поездов.Теперь волнениям конец!Победа и покой!Но почему же стук сердецПодавленный такой?Он так любимую берег,Как берегут цветы.И так смущался, что не могСказать ей даже «ты».Но друг явился и «помог».И он сумел, он вырвать смогРастерянное «да»…Так почему ж в конце пути,Куда он должен был прийти,Не вспыхнула звезда?!Тебе б смеяться поутру,А ты весь будто сварен.Зачем стоишь ты на ветру?О чем ты плачешь, парень?Эх, снять бы голову ему —Скотине, другу твоему!1962

За счастьем!

У них в ушах горячий звон.У ног лежит луна.Парнишка по уши влюблен.По маковку она.Шуршит, кружа под фонарем,Осенний листопад.Он вдруг сказал: – Давай пойдем,Куда глаза глядят!И как огнем подожженаВолнением его:– Идем! – ответила она. —До счастья самого.И вот влюбленные в пути.Костром горит восход.Их где-то счастье впередиНеведомое ждет!И долго время их велоПо магистралям гулким.А счастье, просто как назло,Все время дома их ждало,В родимом переулке…1963

Эдельвейс

(Лирическая баллада)
Ботаник, вернувшийся с южных широт,С жаром рассказывал намО редких растениях горных высот,Взбегающих к облакам.Стоят они гордо, хрустально чисты,Как светлые шапки снегов.Дети отчаянной высотыИ дикого пенья ветров.В ладонях ботаника – жгучая синь,Слепящее солнце и вечная стыньКачаются важно, сурово.Мелькают названья – сплошная латынь —Одно непонятней другого.В конце же сказал он: – А вот эдельвейс,Царящий почти в облаках.За ним был предпринят рискованный рейс,И вот он в моих руках!Взгляните: он блещет, как горный снег,Но то не просто цветок.О нем легенду за веком векДревний хранит Восток.Это волшебник. Цветок-талисман.Кто завладеет им,Легко разрушит любой обманИ будет от бед храним.А главное, этот цветок таитСладкий и жаркий плен:Тот, кто подруге его вручит,Сердце возьмет взамен.Он кончил, добавив шутливо: – Ну вот,Наука сие отрицает,Но если легенда веками живет,То все-таки кто его знает?…Ботаника хлопали по плечам,От шуток гудел кабинет:– Теперь хоть экзамен сдавай по цветам!Да ты не ученый – поэт!А я все думал под гул и смех:Что скажет сейчас она?Та, что красивей и тоньше всех,Но так всегда холодна.Так холодна, что не знаю я,Счастье мне то иль беда?Вот улыбнулась: – Это, друзья,Мило, но ерунда…В ночи над садами звезды зажглись,А в речке темным-темно…Толкаются звезды и, падая вниз,С шипеньем идут на дно.Ветер метет тополиный снег,Мятой пахнет бурьян…Конечно же, глупо: атомный век —И вдруг цветок-талисман!Пусть так! А любовь? Ведь ее поройБез чуда не обрести!И разве есть ученый такой,Чтоб к сердцу открыл пути?!Цветок эдельвейс… Щемящая грусть…Легенда… Седой Восток…А что, если вдруг возьму и вернусьИ выпрошу тот цветок?!Высмеян буду? Согласен. Пусть.Любой ценой получу!Не верит? Не надо! Но я вернусьИ ей тот цветок вручу.Смелее! Вот дом его… Поворот…Гашу огонек окурка,И вдруг навстречу мне из воротСтремительная фигурка.Увидела, вспыхнула радостью: – Ты!Есть, значит, тайная сила.Ты знаешь, он яростно любит цветы,Но я смогла, упросила…Сейчас все поймешь… Я не против чудес,Нет, я не то говорю… —И вдруг протянула мне эдельвейс!– Вот… Принимай… Дарю!Звездами вспыхнули небеса,Ночь в заревом огне…Люди, есть на земле чудеса!Люди, поверьте мне!1963

Третий лишний

Май. Беспокойство. Звезд толчея…Луна скользит по плотине…А рядом на бревнышке друг мой и яИ наша «Беда» посредине.Носила «Беда» золотой пучок,Имела шарфик нарядный,Вздернутый носик и язычок,Хитрый и беспощадный.Она улыбнулась мне. Я просиял,Пригнул ей облачко вишни.Друг мой нахмурился, встал и сказал:– Я, кажется, третий лишний.Но девушка вспыхнула: – Нет, постой!Сам не решай задачи.Да, может, я сердцем как раз с тобой.Ишь ты, какой горячий!Снова сидим. От ствола до стволаТени легли несмело…Девушка с ветки цветок сорвалаИ другу в петличку вдела.Тот, улыбнувшись, губами взялБелый бутончик вишни.Довольно! Я кашлянул, хмуро встал.– Пожалуй, я третий лишний!Она рассмеялась: – Вскипел, чудак!Даже мороз по коже.А может, я это нарочно такИ ты мне в сто раз дороже?!Поймите, братцы: гремит река,Кипят жасмин, облепиха,Метет сиреневая пурга…В природе и в сердце моем покаПросто неразбериха!А вот перестанет весна бурлить,И будет мне звезды слышно,Они помогут душе решитьКто лишний, а кто не лишний!И дни летели, как горький дым.Ночи – одна бессонница.Она все шутит, а мы молчимИ все не знаем, с другом моим,Дружить нам или поссориться.Но вот отшумела в садах весна.Хватит. Конец недугам!Третьим лишним была – она!..Так мы решили с другом.1963

Таежный родник

Мчится родник среди гула таежного,Бойкий, серебряный и тугой.Бежит возле лагеря молодежногоИ все, что услышит, несет с собой.А слышит он всякое, разное слышит:И мошек, и травы, и птиц, и людей,И кто что поет, чем живет и чем дышит, —И все это пишет, и все это пишетНа тонких бороздках струи своей.Эх, если б хоть час мне в моей судьбеВолшебный! Такой, чтоб родник этот звонкийСкатать бы в рулон, как магнитную пленку,И бандеролью послать тебе.Послать, ничего не сказав заранее.И вот, когда в доме твоем – никого,Будешь ты слушать мое послание,Еще не ведая ничего.И вдруг – будто разом спадет завеса:Послышится шишки упавшей звук,Трещанье кузнечика, говор лесаДа дятла-трудяги веселый стук.Вот шутки и громкие чьи-то споры,Вот грохот ведерка и треск костра,Вот звук поцелуя, вот песни хором,Вот посвист иволги до утра.Кружатся диски, бегут года.Но вот, где-то в самом конце рулона,Возникнут два голоса окрыленных,Где каждая фраза – то «нет», то «да».Ты встала, поправила нервно волосы,О дрогнувший стул оперлась рукой,Да, ты узнала два этих голоса,Два радостных голоса: твой и мой!Вот они рядом, звенят и льются,Они заполняют собой весь дом!И так они славно сейчас смеются,Как нам не смеяться уже потом…Но слушай, такого же не забудешь,Сейчас, после паузы, голос мойВдруг шепотом спросит: – Скажи, ты любишь?А твой засмеется: – Пусти, задушишь!Да я, хоть гони, навсегда с тобой!Где вы – хорошие те слова?И где таежная та дорожка?Я вижу сейчас, как твоя головаТихо прижалась к стеклу окошка.И стало в уютной твоей квартиреВдруг зябко и пусто, как никогда.А голоса, сквозь ветра и года,Звенят, как укор, все светлей и шире…Прости, если нынче в душе твоейВызвал я отзвук поры тревожной.Не плачь! Это только гремит ручейИз дальней-предальней глуши таежной.А юность, она и на полчаса —Зови не зови – не вернется снова.Лишь вечно звенят и звенят голосаВ немолчной воде родника лесного.1963

У последнего автомата

Он стоит в автоматной будке,Небольшой чемодан у ног.У него озябшие рукиИ коротенький пиджачок.Парень хмурится, часто дышит,Голос чуть предает – дрожит.Забывая, что могут слышать,Он с отчаяньем говорит:– Через полчаса уезжаю.И решил наконец спросить,Если скажешь «нет», то не знаю,Как мне дальше на свете жить.Крылья-двери метро раскрыло,Теплым дунуло ветерком,И толпа, шумя, заслонилаБудку с худеньким пареньком.Осень, смяв облака густые,Чистит на зиму небосводИ билетики золотыеОтъезжающим раздает.Поезд двинулся вдоль перрона,Семафорные огоньки…Все быстрее идут вагоны,Все поспешней летят платки.В этот миг на последней площадкеКомсомольский блеснул значок,Две упрямых мальчишьих прядкиДа коротенький пиджачок.Он, конечно? Да нет, ошибка!Никакого парнишки нет:Есть одна сплошная улыбкаДа сияющий счастьем свет!Скрылся поезд. Ему вдогонку —Только ветер да провода…Ах, как хочется той девчонкеПозвонить! Но куда, куда?Нет ведь номера телефонного.Пусть! Я шлю ей в этих строкахБлагодарность за окрыленного,За парнишку того влюбленногоИ за счастье в его глазах!1964

Зимняя сказка

Метелица, как медведица,Весь вечер буянит зло,То воет внизу под лестницей,То лапой скребет стекло.Дома под ветром сутулятся,Плывут в молоке огоньки,Стоят постовые на улицах,Как белые снеговики.Сугробы выгнули спины,Пушистые, как из ваты,И жмутся к домам машины,Как зябнущие щенята…Кружится ветер белый,Посвистывает на бегу…Мне нужно заняться делом,А я никак не могу.Приемник бурчит бессвязно,В доме прохладней к ночи,Чайник мурлычет важно,А закипать не хочет.Все в мире сейчас загадочно,Все будто летит куда-то,Метельно, красиво, сказочно…А сказкам я верю свято.Сказка… Мечта-полуночница…Но где ее взять? Откуда?А сердцу так чуда хочется,Пусть маленького, но чуда!До боли хочется верить,Что сбудутся вдруг мечты…Сквозь вьюгу звонок у двери —И вот на пороге ты!Трепетная, смущенная.Снится или не снится?!Снегом запорошенная,Звездочки на ресницах…– Не ждал меня? Скажешь, дурочка?А я вот явилась… Можно? —Сказка моя! Снегурочка!Чудо мое невозможное!Нет больше зимней ночи!Сердцу хмельно и ярко!Весело чай клокочет,В доме, как в пекле, жарко…Довольно! Хватит! Не буду!Полночь… Гудят провода…Гаснут огни повсюду.Я знаю: сбывается чудо,Да только вот не всегда…Метелица, как медведица,Косматая голова.А сердцу все-таки веритсяВ несбыточные слова:– Не ждал меня? Скажешь, дурочка?Полночь гудит тревожная…Где ты, моя Снегурочка,Сказка моя невозможная?…1964

Спокойной ночи

Осень мрачно берет разбег.Ветра простуженный вой.Сумрак. Ливень тугой, сплошной.В лужах вода и снег.Изредка шум запоздалых шин,Пятнами слабый свет,Но в ливне не видно почти машин,Прохожих и вовсе нет.А впрочем, вон, кажется, кто-то бежитСтремительно от угла,Бежит, и ее ничуть не страшитНи ливень сейчас, ни мгла.Сквозь мокрый блеск фонарей,Сквозь стену сплошных потоков,Сквозь шум листвы тополейИ гулкий гром водостоков.Вся вымокла не на шутку,Колотится кровь в виски,И часто стучат каблучки,Спеша к телефонной будке.Стук сердца уняв слегка,Откинула мокрые прядиИ трубку сняла с рычагаПривычно, почти не глядя.Сказала – нельзя короче,Не голосом – всей душой:– Милый, спокойной ночи! —И тихо дала отбой.Вздохнула, глаза прикрыла,Словно держа мечту.И шепотом повторила:– Спокойной ночи, мой милый!Но это уже в темноту.Ветер о будку бился,Но там никого уже нет.В потоках дождя растворилсяТоненький силуэт.Вот так, почти без причины,Бежать, звонить под дождем!..Подавим зависть, мужчины.Речь сейчас не о том.Гром, словно пес, ворчит,По крышам ливень грохочет,А в будке, как эхо, дрожит:«Милый, спокойной ночи!..»1964