— Илез! Подумай! Маленькая светлоградская мышка будет хорошо устроена, и…

— ОНА — МОЯ! — рявкнул Илез так, что, кажется, дрогнули стены.

Грай попятился назад, испуганно озираясь вокруг. Он был хорошим воином, но против первого клинка Темнодара вряд ли смог бы что-то поставить. Тем более, что в руках у Илеза уже был активирован сияющий магический меч.

— Очнись, дурень! — прошептал Грай. — Твоя же девочка зайдется в истерике, когда узнает о том, что ты собираешься сделать!

— Моя девочка — темная! С королевской кровью! И она справится со всем, что увидит здесь. Я уверен в этом….
– усмехнулся Илез, но меч все же убрал. — Друзей не положено убивать. Но предупреждать стоит.

Грай поднял руки вверх.

— Я твой намек понял. Не думал, что ты совсем свихнешься на романтической почве! И да. Дожидайся свою Плюшку. Но на мою помощь больше не рассчитывай. Ты сам выбрал свой путь.

С этими словами Рог-Вейс ушел, а Илез устало опустился на паркетный пол. Он устал. Неожиданно для смертоносного сокола, но все же это было так. Все же он представлял себе похищение Плюшки раньше совсем иначе.

Старший Рог-Вейс, Вальрайн, был пугающим мужчиной. Не страшным, нет. Именно пугающим. Его движения были похожи на змеиные, такие же плавные, а порой неожиданно резкие. Его взгляд был застывший, словно неживой, не отражающий эмоций, а голос шелестящий, словно ветер в кленовых листьях.

— Тебе чудом удалось спастись, никому не известная королева… — прошелестел Вальрайн, обходя меня, сидевшую в кресле, по кругу, словно пес-ищейка добычу. — Змея не повредила тебя…

— Меня спас Илез Агкхов. — сказала я, немного смущаясь подобного внимания.

— Илез Агкхов! — усмехнулся Вальрайн. — Неееет…. Вряд ли кто бы сумел уйти от моей змейки… Тут дело в другом… Тебе покровительствует сам Змеелюд! Хотя, об этом можно было бы догадаться.

— Что вы имеете ввиду?

— Твой отец, девочка, был жрецом Змееюлюда, воином, в руках которого горел рубиновый меч. Тадор Астарта до самой своей кончины был предан этому божеству, за что многие его и ненавидели, и боготворили. Было бы разумным предположить, что божество взяло под свою опеку его дочь…

Я пожала плечами.

— Я ничего об этом не знаю. — соврала я, но Вальрайн лишь криво улыбнулся.

— Конечно, Таня… Пусть будет по-твоему. Ты знаешь, я ведь хотел поговорить с тобой о Темнодаре, о месте, где ты оказалась. Ты ведь знаешь, что этот город окружен тайнами и мистикой, плотно скрученной с древними традициями, которые живы и по сей день?

— Догадываюсь. — ответила я.

— Хочешь, я расскажу тебе одну из легенд? Так, сказку…

Я не хотела никаких легенд, но кивнуть пришлось. Все-таки от этого человека зависела моя жизнь…

— Эта легенда об одной королеве, жизнь которой давно должна была бы оборваться, еще во время Великой Войны… Но нет. Она продолжает жить. Речь о королеве, что сейчас находится у власти, Татьяна. О королеве Шаниссе.

— Я уже слышала о том, что вы не ладите с ней. — смущенно улыбнулась я.

Рог-Вейс усмехнулся.

— Не ладим! Ха! Да ты просто маленькая пташка, раз считаешь, что желание убить, пролив реки крови, это “просто не ладим”. Королева Шанисса убила трех моих сыновей, девочка. Трех! И все потому, что они были первыми в очереди наследования власти! Грай не в счет. Он незаконно рожденный, а потому займет трон только вследствие смерти самой Шаниссы. Родственников ведь больше не осталось! Так все считали… Пока не появилась ты. Это значительно все запутывает… Но я отвлекся. Ты ведь уже знаешь о том, что королева больна? Она не может иметь детей, и именно эта болезнь убивает ее сейчас.

— Это странно, ведь выглядит она молодо! — заметила я.

— Это и причина. Она продала дьяволу своего первенца, очаровательного мальчика, в обмен на вечную молодость и красоту. Она надеялась править вечно, но ТАМ-ТО точно знают, как и что должно быть в этом мире.

— Что она сделала с ребенком? — спросила я, поддавшись любопытству.

— Расчленила и скормила его члены тюремным заключенным. Те давились, но ели. Им сказали, что иначе жизнь их будет весьма коротка. — заметил Вальрайн.

Я почувствовала, как к горлу подступает тошнотворный ком и зажала рукой губы, борясь с тошнотой. Разве это человечно?! Разве можно, так?! В угоду каким — то ритуалам?!

— Что, поплохело?! — с усмешкой заметил старший Рог-Вейс. — Да… Королева и не такое может. В Великую Войну она избавилась и от твоего отца. Говорят, что его пропажа ее рук дело. Она, мол, несколько раз подсылала к нему людей с отравленными иглами смерти.

— Я об этом ничего не знала! — ужаснулась я.

— То-то же! — хмыкнул Рог-Вейс — Знаешь, зачем она хочет посадить тебя на престол, глупенькая мышка? Думаешь, что для того, чтобы уязвить мое семейство и продолжить славную традицию матриархата в стране? Вовсе нет!