Он подталкивал в спину сестру, одетую сегодня в узкие темно-алые брюки и легкую золотистую блузу с глубоким декольте.

Фриза упиралась, но под натиском брата шла вперед и, кажется, шипела проклятия.

— Доброе утро, — парень отодвинул один из стульев и подтолкнул к нему сестру, а когда та заупрямилась, надавил на плечо, заставляя сесть.

— Доброе, — коротко бросила я, стараясь показать, что не намерена вести долгие беседы о погоде.

Перед родственниками появились миски с обедом, но Джамас не спешил приступать к трапезе:

— Айрин, ты ведь уже сдала экзамены по каким-то из обязательных предметов?

— Да, — я потянулась за стаканом и сделала глоток.

Прохладный травяной чай с нотками ягод дополнял вкусный и сытный обед. Пожалуй, повара тут самые настоящие волшебники.

— А что сдала? — настаивал на своем парень. — А то Фриза-то тоже кое-чему научилась в детстве, какой смысл-то посещать эти занятия?

— Я ведь уже сказала, — буркнула девушка, сложив руки на груди и игнорируя исходящие паром овощи. — На эти занятия я похожу с тобой!

— Немаленький. В няньке не нуждаюсь, — а потом уже обратился ко мне. — Айрин, нарисуй мне, пожалуйста, как добраться до преподавателей по обязательным предметам.

— Ладно, — я потянулась за сумкой, лежащей на соседнем стуле, и вытащила блокнот.

Фриза все это время прожигала меня злобным взглядом, хотя было понятно, что ее эмоции направлены не на меня, а на старшего братца, который пытался отказаться от ее помощи.

— Держи, — я выдрала лист и передала Джамасу. — Правда имя его я не помню, в расписании надо посмотреть. И да, к преподавателю по языкам лучше в первой половине дня не ходить.

— Спасибо, — парень широко улыбнулся, отчего на щеках проступили ямочки.

— Не за что, — допив чай, я встала из-за стола, бросила взгляд назад и, вновь почувствовав, как перехватывает дыхание от чувства обрыва, направилась к выходу.

Если вчера в это время в столовой людей практически не было, то теперь кое-где за столами сидели студенты, одетые в цвета факультетов. От яркости рябило в глазах и потому единственное черное пятно за столом, придвинутым одной из сторон к прозрачной стене, привлекло мое внимание.

Парень отставил глиняный стакан и, словно почувствовав мой взгляд, повернулся.

Серые. Холодные. Цепкие.

Я дернулась, разрывая зрительный контакт, и быстрым шагом направилась к двери. Уже на ходу, доставая из сумки схему, нарисованную преподавателем, который вел слишком много предметов для простолюдинов, я услышала за спиной шаги.

Вздохнув, я повернулась.

Честно говоря, ожидала увидеть того парня. Кажется, библиотекарь назвал его Фенриром. Но меня нагонял Джамас, загораживая плечами практически весь свет, проходящий через стеклянную дверь.

Сейчас он у меня ассоциировался с медведем.

— Айрин, я хотел с тобой поговорить, — заговорщицки прошептал он, а потом обернулся, словно ожидал, что за его спиной стоит сестра. — У тебя будет несколько минут?

— Да, — согласилась я, понимая, что отделаться от этой парочки мне теперь не удастся, главное держаться на расстоянии.

— Спустимся? — Джамас вновь воровато обернулся.

Узкая лестница с резными тонкими перилами вывела нас на пролет между этажом-столовой и последним жилым. Серые тучи пропустили несколько солнечных лучей, которые подсветили яркие стеклышки витражного окна.

— Я хотел поговорить о Фризе, — признался парень, опираясь спиной о высокий каменный подоконник. — Думаю, что ты уже заметила, что у нее весьма непростой характер. Но могу сказать с точностью, она очень добрый и отзывчивый человек. Просто не умеет доверять людям. Хочет, но не может.

— Давай ближе к сути.

— Подружись с ней, прошу.

— Что? — кажется, я спросила это громче, чем стоило. Но и просьба парня показалась мне не самой адекватной, если не сказать «дикой».

Джамас молчал, собирался с мыслями, а потом выдохнул:

— Прости, Айрин, но я вижу, что тебе трудно быть одной. Веет от тебя каким-то холодом. Если бы ты подружилась с Фризой, то она бы научилась доверять людям, а ты перестала бы закрываться в себе.

Я приподняла одну бровь, а парень взмахнул руками:

— Не хотел тебя обидеть, не подумай! Просто… Я не знаю к кому еще обратиться за помощью. Фриза искала меня полтора года. Что с ней происходило за это время, она никогда не рассказывала. Да что там, она и сейчас запрещает касаться этой темы… Пожалуйста, хотя бы подумай над мой просьбой, Айрин.