Шрифт:
– Весьма необычно. Меня зовут Лео Кюандер, я командир пограничной охраны провинции Кайнуу. Пока будете находиться здесь, а дальше решим, что с вами делать. Почему бежали? Вы же не гражданский, а военный человек, и осознаете, что это предательство.
– Репрессии! Рано или поздно меня арестовали бы, потом жену или наоборот. Участь ребенка тоже была бы незавидной.
– Почему так думаете?
– Я не думаю, я знаю. Только за последние три месяца десять моих товарищей арестованы и объявлены «врагами народа». Говорю лишь о своих товарищах, а сколько еще тех, кого я просто знал.
– Финны?
– Финны, карелы, эстонцы, русские – национальность не имеет значения.
– В чем их обвиняют?
– Враг революции, агент иностранной разведки. В Карелии «разоблачили» нескольких японских шпионов.
– Японских?
– Японских империалистов, врагов Советского Союза.
Лео Кюандер предложил кофе.
– Там в коридоре моя жена и сын, мы уже несколько суток в пути, – сказал Эйнари, посмотрев на Лео.
– А-а-а, понимаю.
Кюандер распорядился насчет кофе и еды. Теперь семью сопровождал тот самый лейтенант. Для всех Эйнари был крестьянин с Киекинкоски. Как только он покинул кабинет начальника погранохраны, Лео связался с территориальным отделом военной разведки в Оулу.
Ларс Рафаэль Меландер 10 буквально несколько дней назад стал начальником военной разведки Оборонительных сил Финляндии. Предыдущий глава разведки пробыл на посту всего три месяца, хотя служил в разведке с 1928 года.
В Генеральном штабе на Меландера возлагали надежды. Швед по происхождению, решительный и в то же время неторопливый, в молодости – активист различных объединений, боровшихся за независимость Финляндии, Меландер скептически относился к сотрудничеству с СССР, считая, что в первую очередь необходимо укреплять связи с Германией, а Советский Союз – наоборот, единственный вероятный противник Финляндии.
10
Ларс Рафаэль Меландер, родился в 1898 г., начальник военной разведки Финляндии с 20 сентября 1937 г. по 1942 г.
«Нужно собрать как можно больше информации о Советской России. Неплохо было бы заиметь новых информаторов в Москве, Ленинграде и Карелии, возможно, удастся завербовать кого-то из партийного аппарата, Министерства иностранных дел. Хотя, учитывая накал репрессий в Советском Союзе, вряд ли что-то будет новенькое», – рассуждал Меландер.
В дверь постучали, вошел капитан Лейно и доложил, что поступило сообщение из территориального отдела разведки в Оулу – у пограничников в Кайнуу находится русский офицер.
«Неожиданно, но весьма кстати», – подумал Меландер.
– Они схватили диверсанта, шпиона?
– Нет, господин полковник, русский добрался до пограничной части в Кухмо и добровольно сдался, причем сдался лично командиру погранкомендатуры – явился в управление под видом крестьянина, который якобы видел русских шпионов недалеко от границы.
– Это все? Есть еще подробности?
– С ним жена и ребенок, мальчик лет двенадцати.
– Н-да, на диверсанта не похоже.
– Будут какие-то распоряжения?
– Сейчас нет, будьте через полчаса.
Ларс задумался. Если никто, кроме начальника погрануправления Кюандера, сотрудников военной разведки, причем только отдела в Оулу, и Лейно, не знает о русском офицере, то эта информация и само существование русского офицера должны оставаться в тайне. Будут знать в Генштабе, значит, и в отделе надзора, потом в Министерстве иностранных дел и, само собой, в Центральной сыскной полиции – слишком длинная цепочка.
Сейчас нужно понять, что это за русский. Не двойной ли агент? В таком щекотливом деле лишние глаза, уши и языки могли сильно навредить как общему делу, так и лично Меландеру.
Ларс разнервничался: «Прежде всего нужно, чтобы русского доставили сюда, в Хельсинки, и как можно скорее. Все делать оперативно, а оперативно, значит, скрытно».
И хотя, как рассуждал Меландер, в одной деревне и вороны заодно, пересекаться в таком деле с Центральной сыскной полицией ему не хотелось.
Между двумя ведомствами существовала конкуренция, иногда переходившая в борьбу. Центральная сыскная полиция подчинялась Министерству внутренних дел Финляндии, хотя занималась в том числе внешней разведкой и контрразведкой. В Генеральном штабе Оборонительных сил Финляндии многие полагали, что полиция лезет не в свое дело. Поэтому никого не удивляло, что военная разведка недолюбливала ЦСП, а она отвечала тем же.
С 1923 года ЦСП бессменно руководил Эско Риекки 11 .
«Как бы старый лис чего не пронюхал, он ведь сам из Оулу, да и привычка всюду совать свой нос никуда не делась. Как говорится, ежа не остругать», – размышлял Меландер.
Эско Риекки тоже был активистом и боролся за независимость Финляндии. Еще юношей он участвовал в егерском движении, собирал разведданные против Российской империи, за что угодил за решетку еще до революции 1917 года, успел завести много знакомств в Петроградской тюрьме и даже, как говорили, начал создавать там агентурную сеть.
11
Эско Риекки, родился в 1891 г., активист, в 1916–1917 гг. содержался в Шпалерной тюрьме в Санкт-Петербурге, в 1917–1918 гг. – сотрудник финского посольства в Швеции, в 1923–1938 гг. – начальник Центральной сыскной полиции Финляндии (ВАЛПО).