«Что происходит?» – успел он подумать.

Затем наступила темнота.

Тремя неделями ранее

Тук, тук, тук.

Натали проснулась. Надавила пальцами на виски, чтобы стук в голове прекратился.

Тук, тук, тук.

Тук, тук, тук.

Взглянув на будильник, Натали убедилась в том, что до подъема еще два часа. Иными словами, все как обычно. Можно даже не пытаться снова уснуть.

Такие попытки всегда оказывались безуспешными.

Она села на краю кровати и начала думать о том, что еще осталось сделать. Ничего. В квартире порядок, большая часть ее вещей убрана. Сумки, которые еще не были погружены в машину, стояли в прихожей. Все готово.

Она приняла душ, приготовила завтрак на скорую руку, поела, стараясь оставлять как можно меньше следов после себя. Написала записку человеку, который должен был жить в квартире во время ее отсутствия. Положила записку на стол.

На улице было по-воскресному пусто и тихо. Уложив последние сумки в багажник, она села за руль и поехала.

Натали выехала на сорок пятую дорогу по направлению к северу и покинула Гетеборг, прежде чем город успел проснуться. Словно убегая после нелепой случайной связи.

Через некоторое время Натали остановилась у бензоколонки, чтобы заправить бак, выпить кофе и докупить кое-какие товары, необходимые в первые дни. Затем продолжила путь. Вскоре ландшафт изменился. Местность казалась более глубокой и темной.

Подумать только, до далекого прошлого всего пара часов езды. До этого края озер и лесов. До той земли, которая по-настоящему была ее домом.

Она всегда ощущала себя чужой в большом городе у моря. У этого легкомысленного, переменчивого, ненадежного моря. Натали не вписывалась в общество людей, которым вечно надо было выходить под парусом, которым нравились голые скалы и дальние горизонты, которые боготворили солнце и мечтали о том, чтобы оно светило как можно ярче и жарче. Эти люди как будто ждали от нее того же внутреннего восторга, которого она никогда не испытывала, но который она постепенно научилась изображать.

Каждое лето, стоило ей лишь ступить на горячий гранит Бохуслена и зайти в воду, как создавалось ощущение, будто море чисто инстинктивно выплевывает ее обратно. Словно зная, что она – инородное тело.

Теперь в окно стучал сентябрьский дождь, тихо и неуверенно. Осень подбиралась осторожно, чтобы никого не спугнуть и не потревожить.

«Приходи, – думала Натали. – Просто приходи.

Просто наступай.

Сделаем это вместе».

Натали проехала съезды на Омоль и свернула на Фенгерскуг. Ее вдруг охватило чувство нереальности, резкое и сильное. Что она, собственно, собирается сделать? И каковы будут последствия? Но тут же пришло осознание того, что она уже почти на месте и обратной дороги нет.

Натали сбросила скорость. Вот художественная школа, вот здания бывшего завода, где теперь, как ей было известно, располагались ателье, галереи и мастерские. На углу, где раньше стоял лишь маленький продуктовый магазинчик, теперь открылась булочная и кафе, там сидели люди неопределенного возраста с тряпочными сумками через плечо и пили свой латте или чай из высоких стаканов. На этом постройки заканчивались и начинался лес, и вскоре дорога уходила вправо и постепенно превращалась в березовую аллею, ведущую к поместью.

На широкой гравиевой дорожке стояло несколько автомобилей. Натали вышла из машины, оставив сумки в багажнике, и направилась ко входу. Это было красивое здание с четырьмя башенками, белым отштукатуренным фасадом, зеленой железной крышей и большими видовыми окнами. Располагалось оно, как это часто бывает с хуторами, на возвышении. Обычно из таких замков открывается живописный вид, например на озеро или холмы.

Однако это поместье отличалось от других. Оно выходило на невзрачную равнину с редкими мелкими соснами и покрытые туманом низины. Казалось, солнце никогда не проникало сюда, поэтому земля оставалась неизменно влажной.

И вот сюда она вернулась совершенно добровольно.

– Это вы хотите снять гостевой домик?

Женщина, представившаяся Агнетой, была управляющей усадьбой. На ней было бежевое платье с вышивкой, фасоном напоминающее кафтан. В таком наряде высокая женщина выглядела, как наряженный столб. Русые волосы до плеч, густая челка.

– Да, все верно.

Ее муж стоял чуть поодаль. На голову ниже жены, одет в темный костюм. Неуверенный взгляд блуждает по комнате.

«Густав, – подумала Натали. – Как телохранитель. Именно такими я их и помню».