– Прооперировали Лешку, – сломался под моим натиском Горячкин. – Он уже вовсю бегает, нагружает ногу. Но до начала осени это – информация не для прессы. С больницей был тоже заключен соответствующий контракт: если о деталях операции кто-либо из журналистов узнает от врачей или сиделок, мы имеем право предъявить клинике иск на баснословную сумму. И там будут обязаны ее выплатить.

– К чему такая секретность? – удивилась я.

– Так захотел Алексей. Он должен прежде всего понять, сумеет ли снова кататься серьезно. Так, чтобы вернуться в спорт. Тем более что возвращается Плющенко. Ведь именно ради этого он решился на операцию…

…Говорят, в одну воду нельзя войти дважды. Спорт порой опровергает и эту истину. Кто знает, может быть, соперничеству Плющенко и Ягудина кем-то свыше уже предопределено выйти на новый виток? Но что бы ни произошло в фигурном катании в гипотетическом пока будущем, это будет уже (простите меня за столь избитый журналистский штамп) совсем другая история…