– Как же они от обезвоживания не умерли-то? – удивлённо спросил я.

– Оазис маленький нашли, там родник. По размерам описали его как пол футбольного поля. Лодку умудрились каким-то камнем разорвать на части, сделали что-то типа небольших бурдюков из неё и воды в них налили. Передохнули и дальше пошли куда глаза глядят.

– Ясно всё. Когда назад-то думаешь? – спросил я Крота.

– Завтра с утра. Профессор говорил, что каждые 4 дня, кажется, люди сюда попадать будут. Вот и поедем их искать. А пока я Газончик тот бывший ментовской возьму с парочкой пацанов. В него погрузим всё, что нам надо, и в пещеру поедем. За пару дней мы там всё сделаем, а потом на поиски поедем. Либо один экипаж делать будет, а второй кататься по пустыне. Решим, в общем. Там, самое главное, двери сделать. Замеры мы все сделали, так что только железо надо отвезти и приварить всё. Ну и из барахла кучу всего. Я там хорошо хочу обосноваться. Потом можно будет на постоянку там людей оставлять. Оптику только помощнее надо туда. Там вокруг всё видно хорошо, и наверх думаю какие-нибудь зеркала поставить. Они на солнце бликовать будут, и их далеко видно будет. Тот же ориентир. Да и маяк также поставить на ночь. Гора эта прям в самый раз. Жаль только, что воды нет. Но я постараюсь найти этот оазис маленький, про который ребята нам сказали. Он где-то километрах в 20–30 от нас. Оттуда можно будет воду возить. Гораздо ближе, чем отсюда.

– Добро, – кивнул я, – берите всё, что нужно, и везите. Люди нам нужны, так что ищите.

– Хорошо, – улыбнулся Крот.

– Ты так у нас со своими пацанами супервыживальщиками и спецами по пустыне станете, – засмеялся я.

– Станешь тут! Глаз да глаз за песками этими. То скаты, то звери какие бегают, и каждый тебя сожрать хочет. Ладно, разберёмся, пойду я, надо вещички собирать. Пацаны, вон, уже измаялись от безделья, – кивнул он на троих своих ребят, которые стояли около машин и терпеливо ждали Крота.

Так, что дальше? Время обеда? Я посмотрел на часы и немного прибалдел. Ничего себе, уже полдня прошло, я даже и не заметил за делами! Туман сказал, что пластилин привезут после трёх. Профессор там по заданию нам его делает. Три грузовика вместе с Туманом уехали в облако за машинами. Витёк нашёл маршрутку более-менее целую, автобус и грузовик, вот они за ними и рванули. С парапланеристами нам, конечно, очень удобно стало. Эти воздухоплаватели сверху смотрят, где какая тачка стоит, и направляют туда бойцов. Риска определённо стало меньше.

– Саня, пойдём что ли пообедаем? – нарисовался рядом Игорь. – Там сегодня рыба какая-то вкусная, говорят. Повара наши расстарались.

– Пошли, – согласился я, поднимаясь с лавочки.

Крот со своими уже свалил со двора. Походу, пошли склад потрошить.

Только мы дошли до середины двора, как через открывшиеся ворота, заехали, коптя небо выхлопом, три грузовика – три Апрелевских Мана, красавцы. Чёрные, с золотистой полосой. Один тягач был с полуприцепом, два – с платформами. Сейчас ещё Чероки покрасят, и вообще замечательно будет. Совсем забыл, Апрель же поехал вчера туда за нашими машинами. Фурами они всё оборудование оттуда вывезли, вот теперь машины привезли.

Когда я увидел платформы, у меня прям сердце быстро-быстро забилось. На первой заехавшей платформе стояли КАМАЗ и наша Навара, на второй – ещё один КАМАЗ и та бронированная Ауди А8, на которой бандиты пытались из пещеры вырваться. Сказать, что машины были как решето, это ничего не сказать. Те, кто в этот момент были во дворе, разом стихли, увидав машины. Грузовики чихнули тормозами, с минуту помолотили их дизели, и всё стихло. Мать моя женщина! Я смотрел на машины и только сейчас стал понимать, какая была плотность огня по ним.

– Вот на этом Туман ворота вынес, – сказал Слива, показывая рукой на стоящий на первой платформе КАМАЗ.

– Да, точно, – подтвердил Кирпич. – Я видел, как в его дверь с помпы стреляли, вон отметины.

На водительской двери отчетливо виднелось множество отверстий от дроби. Как там Туман уцелел? Это просто уму непостижимо.

– Охренеть, Саня! – придя в себя, сказал Игорь. – Что же там у вас за бой был, если машинам так досталось?

– Вот такой был бой, Игорёк, – ответил я ему и подошёл к Наваре.

У меня мгновенно образовался ком в горле, хотелось просто прижаться к ней и погрустить. Эта была та самая Навара, которая провалилась с нами сюда. Вон я даже стойки Кони вижу, которые самолично устанавливал. Стёкол нет, водительская дверь вырвана с корнем, передний бампер лежит на платформе также вырванный с корнем вместе с лебёдкой, фары все разбиты, колёса спущены. Да что там колёса? Резину точно на выброс, да и диски, вон, в огромных сколах от пуль. Тормозные диски тоже деформированы. На ней в прямом смысле слова ни одного живого места нет. Это же она таранила Ауди, пытаясь удержать её на том пятачке, а потом перескочила через неё. Водитель спрятался под рулём, а в этот момент по нему стреляли несколько человек из автоматов, но он также уцелел. На второй платформе у КАМАЗа отсутствовал отвал. Ну да, я же сам сказал его снять, отвезти в хозяйственный оазис и установить на Патрол.

Через минуту из ангаров стали выходить работники сервисов, даже из столовой женщины наши и то вышли. Слух об этих машинах мгновенно разлетелся по сервису. Все молча подходили и рассматривали стоящие на платформе автомобили. О нашем бое в пещере знали все, но одно дело – знать, а второе дело – видеть машины, на которых мы там были. Люди просто молча подходили к платформам и так же молча смотрели на изувеченные машины.

– Охренеть, – тихо сказал кто-то за моей спиной.

– Как же вы там уцелели, мальчики? – раздался женский голос. – Они же как дуршлаг все.