Стефан внимательно слушал.

— Постепенно всё нормализовалось. Часть магинь погибли в схватках с монстрами и в противостояниях с принудительными мужьями, часть смирилась со своей участью. Необученные женщины не могли осознанно противостоять монстрам и сопротивляться мужчинам, но их даром прекрасно пользовались мужья. Однако, несколько случаев, когда даже не обученная женщина смогла отправить мужчину на больничную койку, заставили разработать ритуал, забирающий у женщин дар и передающий его мужу. Наконец-то, наступили покой и порядок, можно было не ждать ножа в спину. Но со временем выяснилось, что у принудительных пар рождаются только мальчики. К счастью, Единый сжалился над нами, и одаренные девочки стали появляться среди бездарей. Но это — не существенно. Главное, что ты в большой опасности. Ты и все другие маги нашего мира. Мне жаль, но твою жену придется ликвидировать.

— Что? — Стефану показалось, что он ослышался. — Дядя, ты в своем уме? За что?

— Одаренная женщина, умеющая управлять своей силой — это очень опасно. К тому же, ваш ритуал дал сбой, ее сила не перешла к тебе. Зачем нам такой источник неприятностей? Найдем тебе другую одаренную.

Магистр отшатнулся и вскочил, отбросив чашку, которую так и держал в руке все это время.

— Нет! Я не позволю ничего сделать Аэлине!

— Этого-то я и боялся, — пробормотал Николае и выпустил силу, спеленав племянника. — Потом мне ещё спасибо скажешь!

Стефан рухнул, как подкошенный, отчаянно пытаясь освободиться, но силы не хватало, сознание начало уплывать, и тут в него хлынула магия. Миг — и невидимые путы спали, туман из головы выветрился.

— Что за? — удивился император. — Стеф, мальчик, не сопротивляйся, это для твоего же блага! Зачем тебе жена, которая в любой момент может уложить тебя на лопатки или, вовсе, убить? У тебя будет другая семья, нормальная!

— Нормальная? Какая это — нормальная? Как была у меня? — взревел герцог. — Мать, которую мало интересовал сын, вернее, совсем не интересовал, потому что я родился не того пола, какой ожидался? Отец, который едва меня терпел по той же самой причине? Где у нас нормальные семьи, покажи мне хоть одну! Я хочу, чтобы моему сыну на ночь мать пела колыбельную, и я гордился им не потому, что он сильный маг, а потому что он — мой сын! И сын гордился мной и берег свою семью.

— Так не бывает!

— Бывает! Посмотри, какие дружные семьи у бездарей. Да, не у всех, но и среди магов не все мужья жен держат отдельно. Я видел, как дети играли с отцом, а мать сидела, что-то шила и с любовью смотрела на возню ребятишек и их отца. В моем детстве такого никогда не было!

— Где ты мог это увидеть?

— Это не важно — где. Важно, что есть семьи, где дети растут рядом с обоими родителями, и все счастливы!

— Если ты пойдешь против моей воли, тебе придется покинуть империю, — жестко продолжил Николае. — Ты не будешь советником, я заберу в пользу государства твои земли. У тебя есть дом с садом на территории Гарнеи — его я не трону. Тебе придется уехать туда и самому устраивать свою жизнь, самому зарабатывать, в империи я магопару не потерплю!

— Пусть, — герцог сжал кулаки, потом выдохнул, снял с пальца перстень-печать и положил его на стол перед императором. — Я добровольно отказываюсь от должности советника, дядя. Если надо — забирай все, только не трогай мою Алю.

— Кого???

— Аэлину, — мужчина стоял мрачный, но решительно настроенный.

— Без денег? Без титула? Без слуг? В чужой стране, чужом городе? Да ты через месяц взвоешь, а через полгода сам ее убьешь и вернешься ко мне на коленях! Или эта избалованная девчонка, привыкшая к слугам и роскоши, сама тебя бросит.

— Не дождешься, дядя, — зло бросил Стефан.

— Того, что ты приползешь или того, что она тебя предаст?

— Ни того, ни другого.

— Хорошо, — неожиданно император сбавил тон и улыбнулся. — Ты так уверен в девушке? А хочешь узнать, как она относится к тебе и достойна ли твоего доверия?

— Дядя?

— Что — дядя? Кто только что швырялся символами власти и словами? Упрямец, говорю же — потом еще спасибо скажешь. Так как — хочешь узнать, какое место в жизни своей Аэлины ты занимаешь?

— Нет. Я не собираюсь устраивать ей проверки.

— Ты не собираешься, а я попробую, — с пальцев императора слетели новые нити, на этот раз золотистого цвета. Сколько Стефан ни бился, как ни бушевала объединенная сила, но освободиться он не смог.

— Я это делаю для тебя, сынок. Для тебя, и для империи. Потерпи, скоро все поймешь.

Сознание покинуло герцога.

***

Стефан ушел в замок к дяде, сразу стало как-то одиноко и грустно.

Лина прошлась по комнатам, помялась и решительно отправилась на черную кухню.

— Миледи, — семенил сзади Сетьен, — зачем вам туда? Там дым, гарь, чад, угорите еще, неровён час. Милорд со всех головы снимет!

— Все будет в порядке, — улыбнулась Аэлина. — Я не полезу к печам.

Появление герцогини парализовало работу кухни: кухарки, поварята, подсобные рабочие и работницы побросали все дела и выстроились вдоль стенки, низко склонившись.

Глаз сразу выцепил Мерату, которая стояла, как и остальные, не поднимая головы. Лина еле удержалась, чтобы не броситься к ней, выдержала время, бегло расспросив об условиях труда и жизни, заработной плате и просьбах.