Другого мужчину, на груди которого в элегантной и расшитой золотом портупее покоились два серебряных пистоля, звали Орвис Танго. Он был на целую голову выше Одноногого и имел потрясающее сложение атлета, на котором часто заостряли взгляд наивные девицы. Именно Орвис был зачинщиком спора, заставившего законников неуверенно скучковаться у храма – такова уж была его натура. Танго подкинул мысль, что сбежавший преступник был не один, и что следовало разработать и тщательно продумать план штурма храма Мортара.

– Приступим, дамочки? – ехидно спросил он, подкрутив чёрные как смоль усы. Затем достал из кисета папиросу и закурил её. Остальные поморщились. Танго даже не притрагивался к самокруткам, которые курили практически все фронтмены, зато заказывал себе фабричное курево «Гайзер и сыновья», запах которого, по меткому выражению его командира, напоминал «сушёное кошачье дерьмо».

Он затевал споры не ради того, чтобы отстоять свою точку зрения. Сейчас, например, он вообще позабыл, на чём стоял в начале спора. Орвис по натуре был бретёром, и за это одни восхищались им, а другие считали безрассудным придурком.

Третий мужчина, высокий и бритый наголо здоровяк в тесном сюртуке, относился ко второму типу людей. Его звали Хорнет. Он исподлобья посмотрел на Танго, который невозмутимо принялся начищать сапоги, и покачал головой.

– Неисправимый идиот, – недовольно пробасил Хорнет и зарядил свой пистоль, – всё-таки, мне не кажется это подходящей затеей, Фобос.

Он обращался к четвёртому человеку, худощавому мужчине тридцати пяти лет, который не принимал участие в споре, а всё время стоял чуть в стороне и заряжал пули в барабан своего пистоля, носившего иронично-презрительное имя «Насмешник». Фобос, казалось, был отрешён от всего мира. Из-под вечно нахмуренных бровей на орудие убийства сосредоточенно глядели холодные стальные глаза.

Законники преследовали опасного преступника, который носил прозвище Чёрный медведь. Он сбежал из тюрьмы города Хангот, откуда его собирались переправить в Бирден, столичный город Фронтира, и устроить показательную казнь. После этого Чёрный медведь направился на запад, по дороге убив семью землевладельцев неподалёку от Оштерауса, а затем, по слухам очевидцев, встретился со своей бандой в Гольвате – крошечной деревушке на окраине Фронтира.

Наведя страху в Гольвате, бандиты отправились в Тарнаум, где их перехватили четверо стрелков с форпоста Рогена. Завязалась кровопролитная перестрелка, в ходе которой лишь один из стрелков смог добраться до ближайшего форпоста. Его, перемазанного кровью и со сломанными ногами, приволокла лошадь. Стрелок сообщил, что с Чёрным медведем покончено, после чего умер.

Казалось бы, на этом история подошла к концу. Однако, спустя неделю в Оштераус из Рубежа, последнего цивилизованного города на границе с западными землями аборигенов, прибыл гонец с депешей от коменданта города. Драйтер, командир оштераусских законников, зачитал послание, в котором комендант Рубежа клял фронтменов за то, что Чёрный медведь вырезал всё население Тарнаума и разорил фермы в окрестностях Рубежа.

– Да откуда, чёрт возьми, у него столько людей? – изумлённо спросил тогда Хорнет, старший по званию законник Оштерауса после Драйтера.

Время терять было нельзя. Неурожайный сезон и мор скота принёс ощутимую проблему нехватки еды, так что ссориться с соседями с запада, на территории которых было сосредоточено множество ещё работавших ферм, было не с руки. И Драйтер, рискнув, снарядил на поиски Чёрного медведя отряд.

Хангот, чьи солдаты не уследили за столь опасным бандитом, не отправил на поиски преступника ни единого стрелка. Однако, во время поисков следов Чёрного медведя и его новой банды, оштераусские законники встретились с отрядом расквальдских законников.

– Далеко забрались, – усмехнулся Хорнет, пожимая руку старому знакомому – командиру отряда.

Он намекал на то, что Раксвальд находится далеко к северо-востоку от Оштерауса и этих земель. Тем не менее, раксвальдец удивил Хорнета, сообщив, что они складывают с себя ответственность за поиск Чёрного медведя.

– В городе неспокойно, – пояснил командир отряда, – что-то затевается на границе. Перебои с провиантом и боеприпасами. В Бирдене бунтовали лавочники. Нас перебрасывают туда.

Это было странно для «земли закона», как с гордостью называли Фронтир его жители. Бунт в столичном городе? Слухи, да и только.

Вскоре законникам, впрочем, удалось отыскать лагерь Чёрного медведя и напасть на него. Однако бандиты дрались отчаянно, будто сами боги руководили ими. Они убили Герцера, Кривого и Фрида, и в отряде осталось всего шестеро человек. Потери бандитов были несоизмеримо больше, но всё же Чёрному медведю удалось улизнуть.

– Опять соберёт отребье вокруг себя, – мрачно констатировал Хорнет, копая братскую могилу для своих бойцов.