Ясно одно – радости Вы не испытываете. Ваши чувства важны, но ещё важнее понять, что этот безвольный человек не случайно оказался на Вашем пути. Где бы и какой бы дорогой ни шёл человек, эта дорога всегда является дорогой его судьбы. Всё, что ему на этой дороге встречается, служит для него жизненным уроком. Если к уроку относятся негативно, то его назидания не доходят до адресата, и ему приходится учить человека без слов, на отрицательном примере. Если Вы умели бы слушать сердцем, то услышали бы, как жизнь говорит: «Милый человек! В другом ты видишь лишь самого себя, кем бы тот ни был – человеком, животным, растением, предметом, ситуацией либо плевком на тротуаре. Каково твоё отношение к другому, таково и твоё отношение к той же энергии в самом себе.

Так не бывает, чтобы в тебе не было чего-то такого, что есть в мире. Разве только это нечто запрятано в тебе настолько глубоко, что ты и не подозреваешь о его наличии. Если ты его не отрицаешь, то отыщешь в себе. Если ты сейчас признаешь эту житейскую истину, то сможешь это из себя высвободить, и оно уже никогда не причинит тебе боли. Но если ты считаешь себя лучше другого, то с тобой произойдёт то же, что и с ним».

Когда-то я тоже обладала сильной волей, как и ты сейчас. Я походила на большое, сильное, красивое дерево – любо-дорого поглядеть. Было чем погордиться. А чтобы казаться ещё красивей, я стала взращивать в себе чувство долга, которое тяжким грузом ложилось мне на сердце, на мозг и на загорбок. Настал день, когда напряжение сделалось непереносимым. Я не знала, что напряжение – это страх, ведь себя я считала чересчур смелой. Не знала я и того, что чувство долга – не что иное, как желание нравиться и выслуживать любовь. Ведь к работящим относятся с уважением.

И вот из моих уст впервые вырвалось: «Не хочу!» В тот же миг послышался хруст – треснула одна из моих веточек, пребывавшая в состоянии натянутой струны. Но никто не придал этому значения. Все ведь говорят порой: «Не хочу!» Разве нужно говорить «хочу», если не хочется? Так обычно рассуждает умник, и против этой логики не попрёшь. А до смысла никому не было дела. Как же его в таком случае уяснить? Ум не обращает внимания на мелочи и не видит далеко вперёд, поэтому эти «не хочу» и треск стали повторяться, пока не сломалась первая ветка. Так пришла первая болезнь.

Тут вновь подал голос ум: «Все болеют время от времени, что тут особенного! Человек простужается либо получает травму. И ничего, поправляется». У разума логика несокрушимая. Рядом с ним рассудительность не имеет права голоса, поэтому истинная причина болезни так и не выявляется. Так одна за другой стали ломаться ветки. Сначала ветки поменьше, затем побольше и так до самых больших, пока однажды не сломался ствол. Для всех это явилось неожиданностью. Теперь я дерево со сломанным стволом. Я твой учитель – учитель, подающий отрицательный пример. Иначе я не умею. Поскольку мои слова до тебя не доходят, я учу тебя самим фактом своего существования. Если ты пока не слишком задираешь нос, то поймёшь, что я хочу сказать, и используешь эти сведения себе на благо.

Дерево – то же растение. Растение являет собой уравновешенность, то есть дух. Оно олицетворяет уравновешенность на своём уровне. Ты – человек, являющийся на свет, чтобы развивать свой дух, а значит – чтобы возвыситься. Становясь растением, человек принижает себя. Растением становится тот, кто ищет счастья на материальном уровне. Растение превращается в почву. Посмотри на меня: я – растение, которое живёт, пока дозволяется, и умирает, когда больше не дозволяется. Постарайся же стать человеком, который возвышается над растением в себе, тогда ты будешь становиться всё более достойным человеком, который не зависит ни от кого и ни от чего, кроме себя. Тогда ты сам станешь дающим.

Я живу милостью и жалостью, ибо не ведаю, что обе они суть негативность. Я не сумела высвободить жалость к себе и поэтому притягиваю подобных себе, именующих себя жалельщиками. Хотя они и помогают мне не испустить дух, я не могу быть им благодарна.

Разум велит сказать «спасибо», ибо так меня учили. Но зубы стискиваются, и слова не выходят.

Меня называют неблагодарной, так как жалельщики ждут похвалы и общественного внимания. Таким способом они выслуживают любовь, не осознавая того, что их благодеяние кажущееся. Каждый человек, даже самый жалкий, нуждается в возвышении, а не в принижении. Жалостливый жалельщик отдаёт то, в чём сам перестаёт нуждаться. Раз уж он отдаёт рухлядь, то ему нечего рассчитывать на уважение и нечего напоминать себе и другим о своём благодеянии. Так честнее.

Человек нуждается в сочувствии.

Сочувствие означает, что человек чувствует то, что чувствует другой, и учится на примере другого не совершать той же ошибки.

«Человек, движимый сочувствием, делится со страждущим тем, чем располагает, – много это или мало. Он отдаёт даже то, в чём нуждается сам. Отдаёт, поскольку чувствует, что ближний нуждается в этом больше, чем он сам, отдаёт с лёгким сердцем и не ждёт награды даже в виде слов благодарности. Говорят, что Бог воздаст за благодеяние. Это верно. Когда человек даёт от сердца, то счастливы оба – как дающий, так и принимающий. Окоченевший от холода или ослабевший от голода до конца дней своих воздаёт благодарность спасшему ему жизнь. Такая благодарность сама находит дорогу к сердцу истинного благодетеля и не предназначена для аплодисментов публики и отражения в средствах массовой информации. Истинное благодеяние идёт от сердца», – так говорит жизнь, посылая нам навстречу человека со сломленной силой воли. Она говорит: «Высвободи свою силу воли, тогда она станет свободным волеизъявлением, которое несокрушимо при всей его гибкости».

Сочувствие принято связывать с чем-то плохим. Это ошибочно. Научитесь сочувствовать хорошему, тогда поймёте, кто и почему заблуждается в данный момент. Научитесь сочувствовать всякому одушевлённому и неодушевлённому предмету, оказывающемуся на Вашем пути, то есть научитесь их чувствовать – и Вы уясните его сущность.

Болезнь начинается с конкретного стресса, но никогда не состоит только из стресса. Если человек признал бы свои стрессы, то быстро излечился бы. К сожалению, у большинства больных одновременно наблюдаются два взаимоисключающих стресса. Например, желание выздороветь и нежелание признать свои ошибки, что иной раз приводит к желанию установить первопричину недомогания. Чем болезнь сложнее, тем глубже её корни.