– ГДЕ. МОЯ. РЫБА?! – завопил Никс, в такт стуча трезубцем по стеклу душевой кабины. – Рыба! Рыба! Рыба!

– Уже бегу! – крикнул Джонатан и помчался на кухню, чтобы посмотреть, есть ли в морозилке рыбные палочки или, на худой конец, банка с тунцом. Ему удалось отыскать селёдку в горчичном соусе.

– Давно пора! – проворчал Никс и, когда мальчик вернулся, вышел из душа. Шум воды заглушал его злобный голосок, и слов было почти не разобрать. – В квартире твоей соседки не нашлось ничего съедобного! Только дурацкие овощи и фрукты, лапша и…

– Вот, бери! – сказал Джонатан, выключая душ и протягивая водяному банку с селёдкой. – Угощайся, Никс! У госпожи Брокманн аллергия на рыбу.

И тут в дверном замке повернулся ключ.

– Папа пришёл! – воскликнул Джонатан, и его сердце пропустило удар. Почему папа вернулся домой так рано? Мальчик поскорее закрыл дверь ванной изнутри и закрутил кран. – Он не должен тебя увидеть! Ты ведь и сам этого не хочешь, верно?

– Джонатан? – окликнул папа из коридора. – Ты дома?

– Я в туалете, пап! – отозвался тот. Тем временем Никс начал исчезать: сначала померкли цвета, затем размылись очертания, и наконец осталась лишь лёгкая дымка над полом. – Никс, не делай глупостей, слышишь? Если папа тебя увидит, он может сообщить в полицию, и тогда ты попадёшь в тюрьму! Ведь ты же теперь грабитель!

И как он раньше об этом не подумал! Никса же ищет полиция! Вряд ли папа обрадуется, если узнает, что Джонатан дружит с тем, кто пробрался в квартиру госпожи Брокманн! Остаётся лишь надеяться, что Никс послушается и не станет выходить из ванной. Если папа обнаружит на ковре мокрые следы, то наверняка будет недоволен. Джонатан понятия не имел, что теперь делать. Он решил при первой же возможности посоветоваться с Лео.

Сделав глубокий вдох, мальчик вышел в коридор и прикрыл за собой дверь ванной:

Конец ознакомительного фрагмента.