Когда остановился, я попытался подняться и не с первого раза сделал что задумал. В глазах все кружилось. Однако после того как взял под контроль зрение увидел, что перед Орочимару три гроба. Открытых гроба из которых вышли все трое Хокаге. Темноволосый в красной броне, седой в синей и блондин в снаряжении джонина деревни с плащом поверх него.

—Похоже, что нас вернули к жизни. — произнес Хаширама, после того как рассмотрел остальных Хокаге.

—Это не жизнь, брат. — произнес Тобирама. — Запретная техника.

—Где мы? — осмотрелся Хаширама, — я смутно узнаю местность.

—Это Коноха, брат.

—Не похоже, что нас призвали на ее защиту. — нахмурился первый Хокаге и посмотрел на свою руку, — Мы не совсем себя контролируем. Досадно быть орудием в чужих руках.

— А тебя я не знаю. — произнес он обращаясь к Минато.

—Четвертый Хокаге, Намиказе Минато.

—Вот как.

—Куда интереснее кто будет нашим противником. — сказал Минато, рассматривая меня.

—Эти глаза… — Хаширама чуть прищурился.

—Не может быть сомнений, — продолжил за братом Тобирама, — Риннеган.

Похоже от удара я снова потерял маску и теперь свечу великим дзюцу на весь мир… А плевать, это меньшая из моих проблем.

Орочимару поместил кунаи в головы Хокаге и прежде чем убрать барьер, прохрипел:

—Твои глаза будут моими, Узумаки Наруто.

—Наруто?! — вырвалось у Четвертого, но больше ничего он сделать не смог, потому что получил приказ Орочимару и устремился в атаку, как и остальные Хокаге.

Минато был очень быстр для человека, но я без особого труда сумел увернуться от выпада в голову и разорвал дистанцию. Ненадолго. Желтая молния уже оказался рядом и снова наносил удары с кунаем в руке. В какой-то момент мимо просвистел очередной кунай и за моей спиной оказался второй Хокаге. Я не должен был успеть среагировать на его атаку, но вкаченные очки характеристик позволяли превосходить возможности шиноби, потому я резко пригнулся врубил покров чакры молнии и выдал круговой разряд, отбросивший в стороны обоих Хокаге. И все ради того чтобы увидеть как со стороны Хаширамы на меня накатывает лавина из переплетения древесных стволов.

Встретил его атаку техникой огненного потока и утонул в облаке высвободившегося дыма и пара, по всей видимости вызванного столкновением водной техники второго Хокаге и моего огня.

Резко стало невозможно дышать и пришлось в обратиться на системный рынок чтобы найти там средства защиты дыхания. Времени было в обрез потому приобрел первое попавшееся и что подходило под мои условия.

Респиратор занял свое место на лице, а мне пришлось отказаться от водных и огненных техник, потому как их использовать вместе с ношением защиты дыхания невозможно.

Древесный треск.

Краем зрения замечаю как все обозримое пространство в барьере заполняют древесные стволы и смазанный силуэт двух человек стремительно передвигающихся между ними. Они ищут меня, вернее уже нашли и двигаются чтобы выполнить слаженную атаку. Есть вопрос как им удается видеть меня в этом мареве дыма и пара, хотя они ведь сенсоры.

Ударяю раскрытой ладонью в землю и запускаю кинетическую волну, поднимающую землю во все стороны от меня, тем самым освобождая пространство вокруг.

За моей спиной приземляется Четвертый и тянет ко мне свою руку, Второй оказывается сбоку и вызывает водную технику, которая грозит утопить. А ведь на мне все еще активен покров молнии.

Мозг как некстати выдает воспоминание, что Второй владеет запечатывающими техниками, как и Четвертый, не говоря уже о Хашираме у которого жена была легендарная принцесса Узумаки. Практика показала мою слабость к техникам барьеров, что со мной станет при запечатывании, я даже предполагать боюсь, а потому…

Резко развожу руки в стороны и напитываю тело чакрой. Но не успеваю.

Мгновенно возле меня оказываются Тобирама и Минато, кладут руки на мою грудь и спину и по телу начинает ползти вереница символов печати. Я понимаю, что больше не могу двигаться.

Этот момент выбирает змеиный санин чтобы показать себя. Он выходит из дымного марева и становиться напротив меня, хрипит:

—Как занятно. Сила глаз мудреца… она мне пригодиться.

Я усиливаю давление на сковывающую меня печать, что замечает Орочимару.