Для подготовленных мной ране и с интеллектом на экране. Сборник стихов

Уж пятый сборник из стихов для презентации готов!
Его я не рекомендую, для слишком слабеньких умов.
Лишь только обтесавшись прежде,
Прошу вкушать плоды отсюда.
Не сомневайтесь, всё как прежде-
Отменное готово блюдо!
Содержит нецензурную брань.

Ширина и длина моего бутерброда,

Волнуют супруга больше погоды.

Чтобы колбаса не толще булки,

Наблюдает муж за этим чутко.

Чтобы равномерным куском,

Отрезался сыр, по периметру.

Смотрит муж из-за угла,

Если накосячу – высечет, намнёт бока.

Очень расчетливый был мой брак,

Здравою мыслью покрыто решение.

Как посмотришь, что творится в нём,

Захочешь такой же, без сомнения.

Михаил Александрович Мохнач.

Очень уж любил он пожевать.

Не птиц пение, в тенях модных дач,

Не могло это задвинуть иль поменять.

Мысли все его были лишь о том,

Чтоб скорее от обеда к ужину время шло.

И единственным счастьем было то,

Как текло по усам сладкое винцо.

То не грех, чтобы так любить пожрать,

Только видно за тем уровень ума.

Что единственное, чем себя развлечь,

Может быть лишь подливки в морду течь.

Обложили сволочи со всех сторон,

Подперли бока, не дают писать.

Муж с ночной храпит справа от меня,

Ну а слева, телек гоняет, его мать.

Я сижу в середине, как боб зажатая.

Прорастать пытаюсь,

Рифму пишу.

А потом скажите мне ребята,

Что зря матерками в ней грешу.

Одно радует- оправдания,

Чтобы не писать себе не ищу,

Пусть нескладная рифма, горбатая,

Может пару ошибок допущу.

Но пишу всё равно,

Лохматая,

Распустился боб,

Как сорняк-укроп.

.

Открытый портал, слышит весь квартал,

Как лезет с портала рифм запал.

Трещат стекла в окне с напряжения.

Струя творчества то, без сомнения.

Выведу пером буквы я в слова,

О том, как живём в жизни ты да я.

Всё как есть скажу,

Без красивых фраз,

В результате ждёт тебя не экстаз.

Жизни наши без прикрас идут,

Бытовуха, заботы, вечный труд.

А потом глядишь, начал остывать,

Уж носочки в пору себе вязать.

Ну а я то, что? Нового ни чуть.

Комментатор лишь, на корявый путь.

Помогу увидеть неочевидное,

Где-то грязное и постыдное.

А потом сама, жопу почешу,

Да пойду снимать и с себя лапшу.

Шевелятся усы у Андреича,

Очень разъярен он, читает новости.

Сам юлозит по стулу в хлопковых трусах,

И бурчит- ни стыда, ни совести!

Что за люди и что за народ пошёл?!

Как же можно себя так вести?!

Сам при этом пихает сосиску в рот,

И поглаживает жиденькие вискИ.

О культуре забыли, что ли совсем?

Нет у Андреича других уж тем,

Всё сидит морщится, жуёт, возмущается.

А свободной рукой в пупе ковыряется.

Вот так день за днём у него идут,

Утром всё одно. На работе ждут.

Тряпки да ведро, швабра старая,

От насущных забот, усталая.

Если плюнул в руку дающую,

То чего сидишь удивляешься?

Что в жизнь стопора полоса вошла,

Да тухлящая, не бодрящая.

Пока рот портал, открывает свой,

И плюёт на тебя, сверху вниз,

Тони.

И потоки творчества подгребай,

А потом из него дельное лепи.

Если нет мозгов распознать струю,

То меня зови- песенку спою,

Если приплатить, то станцую в такт,

В творчестве скажу, какой ты мудак.