Шрифт:
– Есть чем запить? – опустошив стакан апельсинового сока, спросила – Если меня так легко исцелить, какой смысл Вербене швыряться кинжалами? Это ведь она меня ранила?
– Кинжал был отравлен, а Вербена не знала, что прежде чем кого-то убивать, следует сначала изучить жертву и все ее окружение. Не стоит браться за кинжал, не вычислив заранее возможные помехи. Мало кто знает, что второе мое хобби как раз яды и противоядия. Я многое попробовал на себе и ко столькому обрел иммунитет, что на сегодняшний день отравить меня почти нереально. Сама моя кровь почти универсальный антидот. А по одному вкусу чужой крови я могу определить яд.
– И что было у меня?
– Слюна гарпии. Придает крови кисловатый вкус и пахнет почти как крем для обуви.
– А что стало с Вербеной? Ты ее...
– Нет. Отдал в рабство Темной Фее. Как, впрочем, и Тахарру.
Драххар вдруг замолчал. Я вопросительно посмотрела на него и наткнулась на взгляд, в котором читалось неприкрытое желание:
– Я так рад, что ты снова со мной... больше я тебя не отпущу! – прошептал дракон, склоняясь все ниже. Поцелуй был приятным, нежным и осторожным. Эйден медленно пробовал меня губами, запустив пальцы в волосы. В какой-то момент он поднял мои запястья вверх, беря в плен своих теплых ладоней, и тут пред моими глазами замелькали видения...
"Я лежу в белом платье невесты, Эйден вжимает меня своим телом в эту самую кровать и держит мои скованные руки над головой. Мне это не нравится. Страшно чувствовать его власть над собой. Пытаюсь что-то сказать, но голос не повинуется. Отчаяние. Не могу вырваться.
Вспышка.
Его рука тянется к застежке платья. Стыдно. Уперлась руками в плечи мужчины и попыталась увернуться от губ, но силы не равны. Дракона отвлекает телефонный звонок. К концу разговора я уже почти добралась до стеклянного лифта за окном.
– Неужели мои поцелуи так плохи, что у тебя возникло желание выброситься из окна?
– звучит издевательский голос драххара.
Пустота и холодный ветер за спиной. Захлебываясь криком, я лечу вниз.
Вспышка.
Я в каком-то зале. Эйдену подносят кусок черной ткани, и он неспешно вытирает кровь с двух длинных, хищного вида, клинков, а потом с ожиданием смотрит на меня".
Возвращаясь в реальность оттого, что встревоженный драххар треплет меня по щекам:
– Ринна! Что с тобой? Ты кричала...
– Отойди... – произношу одними губами, пытаясь перебороть слабость и отползти подальше.
– Что?
– Отойди и не трогай меня! Я вспомнила! Ты держал меня скованной в свадебном платье на этой постели, а потом выбросил из окна! Не прикасайся! Как у тебя только хватает наглости после такого вешать мне лапшу на уши, разыгрывая заботу!
– Послушай, это действительно было, но все не так, как ты думаешь, я...
– Боже... что я натворила! Дала согласие на ритуал... Свадьбы не будет! Понял?!
– Боюсь, ты слишком поздно решила изменить свое мнение. Мы уже женаты.
– Как?!
– Обмен кровью под Радужным мостом и есть суть свадебной церемонии. Пусть в бессознательном состоянии, но ты выпила мою кровь, а я глотнул немного твоей. Между прочим, некоторые драконицы в нашем клане считают, что пить из раны, нанесенной в сердце, особенно романтично.
ГЛАВА 57
ГЛАВА 57
"Смогу ли снова быть счастливой,
Прощая счета не вести?
Смогу ли снова гибкой ивой,
Сквозь бури все живой пройти?
Смогу ли снова я поверить,
Что света в мире больше тьмы?
Смогу ли я кому-то верить
И не сбежать на полпути?"
Мы сидели на кухне. Меня покормили поздним ужином и я потягивала из большой кружки любимый чай сенча с сушеными ягодами и фруктами. А повелитель заканчивал подробный рассказ о том, как я попала в его загребущие драххаровы лапы на веки вечные:
– Теперь ты понимаешь? Поначалу между нами были неприятные моменты, но после все изменилось.
– Неужели?
– Не веришь.
– Меня уже обманывали. Сначала Вилмар, потом Эрик. Как после этого кому-то верить?
– Ты помнишь Вилмара Хейза, но не помнишь меня! – гневно выдохнул дракон – Да... Эрик подложил мне не просто свинью, а целого Сехримнира!
– Кого-кого?
– Схеримнир – в скандинавской мифологии кабан, которого каждый день варят в котле, чтобы подать к столу богам. Вечером он возрождается, а утром снова попадает в тот же котел. Скажи мне, ты и Эрик...