Тайное вожделение, горевшее нестерпимым блеском в глазах упитанного кота, заставило мягкое солнце раннего бабьего лета стыдливо прикрыться завесой туч. Подернулся ясный день серенькой пеленой, а мужчина, идущий по тротуару, искоса глянув на сладострастника черной масти, переходящего ему дорогу, буркнул в усы - А ну тебя на фиг, - свернув в первый попавшийся переулок.
