Одновременно с развитием централизации электроснабжения происходили концентрация мощностей электрических станций и рост протяженности высоковольтных сетей. Количественный и качественный скачок в развитии тепловой энергетики произошел в конце 50-х и в 60 – 70-х годах, когда был осуществлен переход к строительству ТЭС с серийными агрегатами единичной мощностью 150, 200, 300, 500 и 800 МВт.

В 50-е годы в связи с открытием крупных газовых месторождений на севере Западной Сибири было принято решение изменить топливный баланс электростанций в направлении резкого увеличения природного газа и нефтепродуктов (т. н. «газовая пауза»), что сняло остроту с топливоснабжением, однако затормозило развитие технологий сжигания угля на электростанциях.

Управление электроэнергетикой страны до 1991 года происходило в условиях полной государственной собственности на все предприятия отрасли. Все электростанции и ЛЭП строились по государственным планам за счет средств государственного бюджета и принадлежали государству. Для управления отраслью использовалась вертикальная схема: Министерство энергетики и электрификации СССР (Минэнерго СССР) - энергетические предприятия. Эффективность текущей работы предприятий электроэнергетики обеспечивалась централизованным управлением режимами работы электростанций и электрических сетей, планированием и контролем их технико-экономических показателей. Развитие и функционирование электроэнергетики в этот период обеспечивалась единой нормативно-правовой основой, которая формировалась органами государственного управления (Госпланом СССР и Минэнерго СССР).

Директивная система позволяла легко осуществлять перераспределение средств, полученных от деятельности предприятий электроэнергетики, исходя из интересов всего народного хозяйства страны, а экономические противоречия между производителями и потребителями без особого труда разрешались единым собственником - государством.

Бюджетное финансирование создавало благоприятные условия для масштабного развития отрасли. Возврат государству денежных средств, вложенных в строительство электростанций и ЛЭП, не предусматривался. Государственный бюджет обеспечил возможность строительства таких крупных капиталоемких энергетических объектов, как ГЭС Волжско-Камского и Ангаро-Енисейского каскадов, а также тепловых и атомных электростанций большой мощности.

Новые электростанции размещались там, где производство электроэнергии было экономически выгодно с точки зрения всего народного хозяйства страны. К строительству объектов электроэнергетики привлекалось большое количество высококвалифицированных специалистов. Новые электростанции конденсационного типа (КЭС) назывались государственными (построенными на средства государственного бюджета) районными (обеспечивающими электроэнергией крупный район радиусом 500 – 600 км) электрическими станциями - ГРЭС.

Как правило, вместе с электростанциями строились новые города, крупные промышленные предприятия, потребляющие большие объемы электроэнергии, и создавалась инфраструктура.

В стране действовала развитая сеть научно-исследовательских институтов и научных подразделений при крупных проектных организациях, что позволяло разрабатывать новые технологии производства и передачи электроэнергии.

Расчеты потребителей с энергосбытовыми организациями энергосистем осуществлялись по утвержденным Госкомцен СССР прейскурантным тарифам. Тарифы устанавливались для промышленных потребителей на уровне 2 коп/кВт·ч, для сельского хозяйства 1 коп/кВт·ч. Тарифы для населения также были едиными на территории всей страны и составляли 4 коп/(кВт·ч). Для сельскохозяйственных и приравненных к ним потребителей действовал льготный (пониженный) тариф – ниже 4 коп/(кВт·ч).

С 1 июля 1967 года средние тарифы исчислялись для каждой энергосистемы с учетом себестоимости и в среднем 10 %-ной рентабельности по отношению к основным производственным фондам и оборотным средствам. Позже по стране было установлено 15 укрупненных зональных тарифов на электроэнергию, вследствие чего расчетная рентабельность в энергосистемах изменялась в пределах 8 – 12 %. Для промышленных потребителей с оплачиваемой мощностью 100 кВА и выше был введен двухставочный тариф. Основная плата за мощность компенсировала постоянные расходы, а дополнительная плата компенсировала переменные расходы, в основном топливную составляющую себестоимости.

Такие тарифы не отягощали потребителей расходами на оплату электроэнергии и обеспечивали не только самоокупаемость отрасли, но и получение прибыли, достаточной для ее развития. Они были самыми низкими среди стран, у которых в структуре мощностей преобладают тепловые и атомные электростанции и соответствовали фактическим затратам по всей технологической «цепочке» производитель – потребитель. Прямое государственное установление цен (тарифов) на электрическую энергию было вполне оправданным, так как отсутствовали экономические противоречия между производителями и потребителями электрической энергии, имущество которых принадлежало одному собственнику - государству.

Кризис 90-х годов. К 90-м годам прошлого века советская электроэнергетика стала отставать в техническом отношении от электроэнергетики передовых стран. Главной причиной этого отставания были закрытие экономики СССР от других стран, а также слабая восприимчивость нашей энергомашиностроительной и электротехнической промышленности к техническим инновациям, вследствие моноцентризма принятия решений. Неоднократно принимались неудачные попытки реформировать советскую систему управления в направлении большей самостоятельности и заинтересованности предприятий в результатах своей работы. Однако эти попытки пресекались.