— Ты, смотрю, не мелочишься, — сказал неслышно подошедший Далин. — Каждое попадание в две-три тыщи обойдется, не меньше.

— Больше, гноме, много больше, — успокоил я его и протянул револьвер. — Зацени, чего у меня теперь есть.

— Ого, — присвистнул он в свою очередь. — «Секира», да не простая, работы мастера Глоина. Круто, чё. Ты знаешь, что такие только у глав родов есть и прочих прохиндеев? Если увидят, то могут взад потребовать, они ж номерные все.

— Обсосутся, — твердо ответил я гному. — Этот номер не пройдет.

— А если с трупа сняли? — уставился на меня Далин. — Тогда как?

— Я его тоже не на помойке нашел, — спокойно выдержал его взгляд я. — С риском для жизни отмели, между прочим. А если кто предъявлять начнет, то в Новониколаевске этот револьвер не последний. Кто хочет, пусть придет и возьмет, если силы хватит.

— Даже так? — удивленно покосился на меня гном, деловито разбирая и осматривая оружие в руках.

— Только так, — подтвердил я, внимательно рассматривая запчасти уж очень полюбившегося мне револьвера.

— Молоток, — неожиданно хлопнул меня по плечу Далин. — Оружие в идеальном состоянии. Из-за редкости, инкрустаций и прочего всего, я думаю, тыщи на три потянет. В лавке за него три-четыре дадут смело. Если гномы все-таки увидят, то меня зови, поторгуемся.

— Да не буду я его продавать, — выхватил я собранный револьвер из его рук. — Я его, может, по наследству передам, видно же, что вещь!

— Их, кстати, по наследству и передают, как знак власти, — вздохнул Далин. — Мастер Глоин их редко делает.

— Большое человеческое ему спасибо, — пробурчал я, пряча револьвер в свой шкафчик от греха подальше. — Передай, если увидишь.

— Не наглей, — ровно посоветовал мне Далин, подхватывая ящик с трофейным оружием на руки, у уже более веселым тоном произнес: — Такими темпами надо будет оружейку на борту соорудить. Револьверы эти, карабины с винтовками. За пулеметы отданные я с дружины еще чего-нибудь стрясу, вот увидишь.

— Да еще вернут, может, — попытался успокоить я его.

— Это вряд ли, — покачал головой гном. — Дураком надо быть, чтобы такое сделать. Я бы, например, хрен отдал, тем более они им нужны сейчас как воздух. А револьвер твой баловство одно.

— Пулеметы на доброе дело добрым людям ушли, — со вздохом подтвердил я. — А «Секира» клёвая, не отдам.

Далин пожал плечами и вышел, а я повернулся к давно ждущим меня подельникам.

— Мешок номер два! — весело сказал я им. — Валенки! Кирюха, на тебя вся надежда.

Домовёнок с готовностью подскочил и принялся слушать ценные указания, сияя довольными глазёнками.

— Валенки разбери попарно, — начал командовать я, опять открывая шкафчик и доставая такой классный револьвер. — Один из пары суешь голенищем в другой до упора, чтобы не выпало, и ярлычок с размером нацепи, тебе их Антоша рисовать будет. Хлам конченый откидывай к прочему барахлу, понял? Все упакованное опять в мешок убери. Хороший валенок зимой на вес золота.

Кирюшка коршуном накинулся на мешок, Антоша приготовился записывать и рисовать размеры на обрывках бумаги, а я пристроился сбоку стола и принялся снимать с пояса свой старый револьвер с кобурой.

Нацепил новый, застегнулся и покрутился чуть-чуть, чтобы начать привыкать. Вес у них отличался немного, в «Секире» ощущалась основательная гномья тяжесть, ну да это только к лучшему, как по мне, отдача будет меньше. Не люблю легкое оружие, таскать его может и легче, а как до дела дойдет, так все руки поотбивает и каждый раз цель по новой лови. Тем более кисть правой руки у меня была давным-давно сломана в суставе, и всякий раз после стрельбы давала о себе знать. Я несколько раз выхватил из кобуры револьвер, наводя его на денежную тумбочку, заново оценивая ухватистость и удобность и невольно расплылся в улыбке во всю морду — до чего же удобно и ловко выходит! Полюбовался на ювелирную инкрустацию золотом и серебром, она была действительно красива, а не просто узоры металле, и принялся заряжать револьвер, чтобы сунуть его на место и заняться уже делом.

— Антоха! — спохватился я, засовывая патроны с рунными пулями в барабан. — А у тебя пули-то в револьвере зачарованные или нет?

— Конечно, — оторвавшись от записей под диктовку донельзя делового и гордого Кирюшки, ответил он. — В первый же день Арчи зачаровал все что было, два часа потратил. И Далин еще револьвер осмотрел и починил его немного. С валенками все, кстати.

— Все так все, — успокоился я. — Следующее тащите. Цинки с патронами и прочую упакованную лабудень сюда не неси, а сразу Далину, только запиши.

— А книги? — поинтересовался он уже в дверях, — сюда тащить?

— Да, — кивнул я. — Вот видишь, у меня тут в шкафу библиотека штурмана, но места еще много, пару полок под беллетристику можем выделить. Вдруг, когда пассажиров возьмем, им почитать чего захочется?

Антоха понимающе угукнул и исчез, а перевел взгляд на деловито копающегося в ящике для хлама Кирюшку. Тот попал в свою стихию и был, судя по всему, чрезвычайно горд и доволен.

— Ну, хоть кто-то, — вполголоса повторил я принял от вернувшегося юнги очередной полупустой мешок.