Мы переглянулись с Тати, и я поняла, что эта мысль посетила не меня одну.

Фыркнув, обе разразились смехом, присоединяясь к гомонящим однокурсницам.

В целом остаток дня мне очень понравился. Весело, совсем не скучно, вкусно… дааа… определённо вкусно и, конечно же, познавательно.

— Слышали, говорят, в академии сирена объявилась!?

— А я видела сразу двух правителей!

— Говорят, правитель Кристол хочет сирену забрать на источник Оралима.

— Глупости! Сирены отвечают за Херонский источник! Скажи, Тати?!

— А ещё слышали? Этаж элиты кто-то в порошок стёр. Прикиньте!?

— Интересно, где теперь отпрыски богатеев будут спать!

Тут уж я подала голос:

— А разве то был не этаж отличников?

Индира, симпатичная оборотница с каштановыми кудряшками, заразительно расхохоталась. Сестра Индиры училась на выпускном курсе целительного факультета, поэтому преимущество знаний было на её стороне.

— Лесечка, нет такого этажа. Марта говорит, что ректор нашей академии весьма лоялен к элите…

Тати выразительно кашлянула, и девушка отчаянно покраснела.

Добавить было нечего. Я и сама заметила, что Бусан достаточно своеобразный мужчина. Про таких говорят: «И вашим, и нашим, за три рубля спляшем…», поэтому возмущения Татианы меня совсем не тронули.

— Значит, пострадавшие — это мажоры?

— Что такое «мажоры»? — Первокурсниц распирало от любопытства. Очень хотелось надеяться, что когда девчонки узнают, что сирена — это я, меня не разберут на детали.

Объяснять реалии нашего недавнего существования принялась Ася.

Краско откуда-то выудила купленную в городке наливку и стала методично спаивать гостей.

Я была ей благодарна.

Немного отодвинувшись от всех, склонилась к Тати:

— Мне вот интересно, почему ректор до сих пор не явился сюда меня линчевать за такой проступок? Прежде чем всё пошло не по плану, я успела заценить обстановку комнаты Бусана. Двуспальная кровать, ковры, отдельный кабинет, ванная, комната в единоличном пользовании… если весь этаж был такой…

Тати лишь пожала плечами, отвечая на мой шёпот ехидной улыбочкой.

— Девочки не правы насчёт характера господина Бусана. Он только с виду кажется мямлей, на самом деле, своего не упустит. Да и Элияр, насколько я знаю, признал вину за собой.

— Что?!

Девочки прервали свой хохот, резко поворачиваясь на моё восклицание. Пришлось махнуть рукой и дёргано улыбаться, пока Ася снова не перетянула внимание на себя.

— Да, — продолжила сестрица, пытаясь унять дрожащие от смеха плечики. — А ещё он поспешил вернуться в нижний мир.

— Зачем? Надолго?

— Ты волнуешься за него? — Глаза Тати хитро блеснули.

— Вообще-то, — скрестила я руки на груди со знанием дела, — Эль — мой наставник.

— И всё?

— Что ты хочешь от меня услышать? — Невозмутимо сверля сестру спокойным взглядом, категорически отказывалась быть пойманной на непонятно чём.

— Ничего, — сдалась блондинка, по-дружески толкая меня своим плечом. — Расслабься. Чего такая напряжённая?

— Отстань, — отмахнулась от манипуляторши, которая обещала стать правительницей. Я только сейчас осознала в полной мере, кому прихожусь родственницей.

«Чума…»

— Лучше скажи, почему он отправился в Херон?

— Перед отцом повиниться. Говорят, он сирене подарок предложил непристойный…

— Откуда такие подробности!? — Прошипела негодующе. — Аааа… Адриэль — трепло.

— Ага, — Тати хихикнула. — Ребята до сих пор хохочут.

— Надо кое-кому язык отрезать. Уверена, зайди Джага с криком: «Она — сирена!» последствий было бы куда меньше. Пересмотрела бы ты свои симпатии.

— Джага вообще бы ничего Элю не сказал! И была бы ты сейчас…

— Цыц! — Я очень вовремя остановила обиженную влюблённую принцесску, потому что за сдвинутыми в ряд рабочими столами стало как-то подозрительно тихо.

Спасла ситуацию Марина.

Карпенко забрала оставшуюся половину торта, совсем не гостеприимно заявив:

— Всем спасибо! Прекрасно провели время!!! Правда?! Ах, как жалко, что завтра рано вставать!

Я бы посмеялась, если бы не находилась на взводе.

Ножки стульев заскрипели, и пьяненькие, совсем не обиженные однокурсницы поспешили покинуть наши комнаты, весело хохоча.