Слова измена, заговор, жертва слышались не один раз. Девушка хотела приникнуть ухом к двери, но послышались шаги, и она, чтобы ее не заметили, со всех ног пустилась вниз по ступенькам.

Сердце учащенно билось, предчувствуя беду, а мысли лихорадочно метались. Неужели у батюшки появились недруги? Кто мог осмелиться? От нахлынувших чувств перехватило дыхание, а Белозар уже спускался по лестнице, как ни в чем не бывало. Остановился подле нее, взял за локоть, наклонился пониже и так же спокойно сказал:

— Собирай все самое необходимое, да поторапливайся. Дверь затвори, открывай только мне.

— Батюшка, — Испуганно воскликнула Светомира, повиснув на его рукаве. — Объясни же, в чем дело.

— Не время, позже. Поторопись же! Я приду за тобой.

Подхватив подол, девушка поспешила исполнять волю отца. Она устремилась вдоль длинного коридора, со множеством дверей, который вел ее к лестнице. Поднявшись по ступенькам легким, пружинистым шагом, Светомира зашла в комнату, сразу же закрыв за собой тяжелые двери, которые отозвались глухим, скрипучим звуком.

Оставшись наедине со своими мыслями, Светомира заглянула в ларь, чтобы достать уже давно собранные вещи, подготовленные для предстоящего побега. Мельком пробежавшись взглядом по аккуратно разложенным вещам, она накинула на плечи свой любимый красный плащ, с металлической пчелой около пуговицы.

Всегда сдержанная, сейчас, когда ее никто не видел, она позволила скатываться слезам из широко распахнутых глаз. Ей хотелось поплакать о горькой недоле, что обрушилась на нее, мешая быть рядом с любимым.

О Белозаре она не переживала, знала, что справится, уверена была. Да и не посмеет никто против его воли пойти. Эх, это все служители наговаривают, хотят старые времена вернуть. Да только канули в лету их человеческие жертвоприношения, разгонит их батюшка.

Светомира тыльной стороной ладони вытерла слезы, и подошла к окошку. Сильной нужно быть всегда, ведь она не какая — нибудь девка безродная. Уедет она пока все не утихнет, а после вернется и с Данияром сбежит. Успокоившись, девушка вдохнула ночной воздух полной грудью.

Ночь была темная, луна не светила, звезд не было, все было скрыто за густыми облаками. Сердце радостно стукнуло. Вот сейчас, пойдет дождь, непременно пойдет. Воздух такой спертый, и небо тяжелое, тягучее.

— Светомира, лада моя, — раздался громкий шепот под окнами.

Девушка так и подпрыгнула, глаза заблестели, губы расплылись в улыбке. Пришел-таки, и стену смог обойти. Своего избранника она не видела, но это было только на руку, раз она не видит, значит, и другие не приметят.

А был он парень видный, заглядывались на него девки. Среднего роста, крепкий, со смешинкой в карих глазах, темные прямые волосы переходили в бороду и подчеркивали длинный прямой нос. Лоб у него был высокий, что определенно украшало его. Старше Светомиры на каких-то пять лет, он успешно обучился делу отца, и продолжал бы трудиться вместе с ним, если бы не случайная встреча, которая перевернула мир молодых людей.

В тот день Светомире подарили коня, статного, горячего, грациозного, с хорошо развитой мускулатурой. Длинными, стройными ногами, кобылица била о землю и при этом забавно фыркала. Девушке так понравилась лошадь, что она подпрыгнула от радости и захлопала в ладоши. Белозар только нахмурился, услышав, что дочь отдала распоряжение собираться на прогулку и, подобрав юбки, побежала в дом. Не успел он отдать распоряжения на день, а Светомира уже вскочила в седло. Держалась она легко, и уверенно направляла коня в нужном направлении. Ее волосы, стянутые в тугую косу, и переброшенные за спину, на яркий, развивающийся на ветру, багряный плащ, подрыгивали в такт движению. Девушка неслась в сторону леса, на ее лице светилась улыбка, предвкушая красочную прогулку. За ней вслед устремился сопровождающий войн, но Светомира всегда находила способ избавиться от его охраны.

Она, позволив ее нагнать, как бы невзначай внимательно посмотрела на дом местной целительницы. Между ними была договоренность, он служит при ней, пока не мешает ей, а она в свою очередь молчит о тайных встречах с полюбившейся таинственной девушкой, которая не так давно поселилась на окраине.

— Ты знаешь, где меня искать, не дальше поляны, — тихо произнесла девушка.

Воин кивнул, и чуть замедлил лошадь. Этих уединенных моментов свободы Светомира добивалась долго, сменилось около пяти охранников, никто не хотел оставлять дочь правителя одну. И Ренан не оставил бы, несмотря на все ее уговоры и угрозы, о том, что любая оплошность будет немедленно рассказана батюшке, но связь с травницей сыграла с ним злую шутку. Сначала Светомира стала оставаться одна всего лишь на мгновение, она даже не успевала допеть песню, как уже видела вдали силуэт война, но со временем она уже могла вдоволь натанцеваться на любимой полянке возле речки. В эти минуты она не думала о том, что нужно выглядеть представительно, о том, что могут дурно подумать и надо нести себя величаво, девушка дурачилась и радовалась жизни.

Вздохнув полной грудью, Светомира ускорила лошадь. Места были необычные, молодой, мохнатый ельник быстро переходил в высокие, могучие ели, которые не пропускали лучи солнца. Каждый раз, когда девушка окуналась в полумрак, она начинала скакать быстрее вовсе не из-за того, что боялась, просто с самого детства для нее это было особой игрой. Главной целью было как можно скорее скинуть с себя тьму. Вот и сейчас, конь под всадницей ускорился, ныряя в полумрак густого леса, чтобы как можно быстрее оказаться на открытой местности, где протекала река. Светомира представляла, как тьма подкрадывается, цепляется за длинную юбку, пытаясь ухватиться скрюченными пальцами, а она ловко бьет ее посохом, от которого исходит свет, тьма шипит и отступает, отпуская свою добычу.