– Спать ложись, – говорю певцу.

– Совсем первокурсники обнаглели, – возмущается тот. – Пацаны, вы чего молчите?

Но его соседи по комнате только натягивают на уши подушки и делают вид, что спят.

Вот так мы познакомились с Виталиком. Природа недодала нашему соседу слуха и чувства ритма, зато не обидела голосовыми связками. Пел Виталик громко. За что был неоднократно бит старшекурсниками, вызываем к коменданту общежития. Его гитару крали, выбрасывали в мусорный бак, били об стену. Но Виталик с завидным упорством доставал её, заклеивал, натягивал струны и ОРАЛ.

Спасение, как водится, пришло с неожиданной стороны. Общежитие наше располагалось в самом центре города. Поэтому во дворе неизменно дежурила машина ППС. Иногда она куда-то срывалась и, визжа тормозами, мчалась участвовать в каком-нибудь преступлении. Но чаще всего доблестные милиционеры просто стояли, подрёмывая по очереди и поглощая вёдра кофе, как какие-нибудь заправские копы из фильмов. ППСники долго старались не замечать выступлений Виталика. Они закрывали в машине окна и включали громче музыку. Нервно курили, со злобой поглядывая на окна общежития, где на высоте третьего этажа на подоконнике сидел медпрофовский менестрель.

Наконец один из ППСников не выдержал. То ли ходил в детстве в музыкальную школу, то ли голова у него в тот день болела. Патруль не поленился пройти через вахту мимо испуганной бабушки Мариванны, вычислить по крикам комнату Виталика и ввалиться с грозным: «Откройте, милиция!»

Милиционеры вежливо объяснили Виталику, что его песни попадают под «нарушение общественного порядка», и если он не хочет загреметь на несколько суток в другое общежитие, не такое комфортное, то лучше бы ему вести себя потише.

С тех пор Виталик, перед тем как устраиваться на подоконнике, внимательно осматривал двор. Не стоит ли там машина ППС. А так как машина стояла очень часто, то количество концертов резко сократилось, и спать мы стали спокойнее.

В общежитии медицинского института, недалеко от нашей комнаты жил старшекурсник Сергей. Личность в своём роде легендарная. Ходячий источник анекдотов и фразочек, которые уходили в народ. Участник невероятных приключений, которым не верили уже спустя месяц после того, как они произошли. Когда первокурсника, пропустившего полгода занятий из-за игровой зависимости, в коридоре лупила мать, именно Серёга вышел из кухни и, прихлёбывая чаёк из литровой кружки, произнёс эпичное:

– Боря, если тебе помощь требуется, моргни два раза. Мы милицию вызовем.

Серёга был непредсказуем и оригинален. На первом курсе добыл откуда-то губную гармошку и решил выучиться на ней играть.

Просыпаетесь вы с утра в субботу, бредёте по бесконечному коридору на кухню, чтобы успеть поставить на единственную нормально работающую конфорку кастрюльку с пельменями. Под ногами скрипят доски, в комнатах за хлипкими дверями шумно зевают будущие светила медицины. А на подоконнике в кухне сидит Серёга. Сбивает щелчками нахальных откормленных тараканов и наигрывает что-то типа: «Ах, мой милый Августин». Длинный, белобрысый, в очках. Его почти мгновенно прозвали Гансом.

А какие картины рисовал? Пошёл бы в художественное училище – было бы сейчас в стране на одного художника-сюрреалиста больше.

На третьем курсе на очередной студенческой попойке Сергей сидел на подоконнике, курил в открытое окно и рассказывал анекдоты. В процессе исполнения особенно смешного анекдота он увлёкся и выпал из окна спиной вперёд. Как раз в это время под общежитием что-то копали коммунальщики. Они аккуратно сняли асфальт, вырыли траншеи и ямы, поставили острые столбики с красно-белой лентой и сгинули в снегах Арктики на неопределённый срок.

Был бы под общежитием асфальт, Серёга убился бы. А так аккуратно приземлился в глинистую, наполненную дождевой водой траншею, в миллиметрах от ближайшего столбика. Невозмутимо поднялся, отряхнулся, нашёл потерянные тапочки и продефилировал мимо ошалевшей вахтёрши. Не забыл вежливо поздороваться.

И как каждый увлечённый жизнью человек Серёга плохо учился. Ну некогда ему было зубрить суставы и дырки в черепе, постигать длинные цепочки превращений цикла Кребса, вникать в классификацию антибиотиков и записывать лекции по организации медобеспечения. Благодаря хорошей памяти и светлой голове, доучился до шестого курса, когда каждый студент уже на сто процентов понимает, что его не отчислят. Доучился и вылетел за пять дней до экзаменов, потому что его не допустили из-за прогулов по какому-то непрофильному и в общем-то неважному предмету. Впервые в истории университета отчислили шестикурсника!

То, что мы обалдели, это ещё слабо сказано. Все отлично знали, что на одной из кафедр преподаёт родственник Сергея, были свято уверены, что уж он-то Серёгу прикроет. Шестой курс! Какое отчисление? Но Серёга гордый. К родственнику не пошёл из принципа. Собрал вещи и под рыдания девушек поехал домой.

До восстановления оставался целый год. Чтобы не сидеть год без дела, решил Сергей устроиться на работу. Пятый курс, почти готовый врач-эпидемиолог. Значит, надо идти по специальности – помощником эпидемиолога в областной ЦГЭ. Есть такая среднемедицинская специальность. Типа медсестра-эпидемиолог.