Россия дальше Енисея
вернуться

Кашкин Виктор
Шрифт:

На таком же высоком поэтическом уровне написаны многие лирические стихотворения Виктора Кашкина. В них природа, без которой он не мыслит своего существования, оживает, становится близким другом поэта. Захватывают и такие стихи: «Всё недосуг наедине…», «Ты хочешь в Крым, где хор цикад…», «На подкове залива…», «Март. Замшевелый запах прели…», «Мой март весёлый, как ручей…», «Апрельским утречком в лесу…», «На берегу, когда весна…», «Нет, погоды не пообещаю…», «И лодка даже чувствует весло…», «Не выдержу почерка строчки…», «Света белого не видим…», «Вольготно летом на природе…», «Радушным пёсьим лаем…», «Где в синей колыбели…», «Сомнительное дело – отдых…», «Не сценки вакханалии…», «Опять сирень не распустилась…», «Сентябрь», «Осенние этюды», «Предзимье», «Зимой леса, как в обороне…», «Ты знаешь, я не ловок в прозе…», «Замечу, русская природа…», «Мне странно видеть в декабре…».

Окунувшись в стихотворную стихию поэзии Виктора Кашкина, читатель найдёт что-то близкое своей душе в искренних, образных его стихах, навевающих нам прекрасные жизненные воспоминания.

Можно цитировать многие стихи поэта о любви как образцы высокой поэзии, но я осмелюсь привести в пример лишь одно из них, посвящённое Людмиле:

Не выдержу почерка строчки, Пока про тебя напишу, Припомнив, как в белой сорочке Давала ты грудь малышу, Когда он старательным плачем Тебя по ночам зазывал, И мне выпадала удача Подглядывать ваш ритуал: Как чмокал губами сыночек, Уткнувшись в сосуд с молоком, Где жилка, связав узелочек, Текла голубым ручейком, Как месяц стоял у окошка, И может, от этой «беды» В то лето капризничал крошка, Чей сон караулила ты.

Я думаю, достаточно цитат! Читатель, взяв в руки эту книгу и прочтя её, получит огромное эстетическое наслаждение от общения с автором и его творчеством.

Остаётся пожелать поэту Виктору Кашкину в год его семидесятипятилетнего юбилея здоровья и духовных сил для осуществления задуманных творческих планов.

Юрий Богданов,

Секретарь Правления Московской городской

организации Союза писателей России

Война. Моя ли это боль?

«Слова, что у меня в работе…»

Слова, что у меня в работе, Не зря настояны на поте, Как слово жатвы – слово хлеб, Когда в ладони острый серп. Как слово жеста – пантомима, Когда театр во власти мима. Слова, что принял по наследству, Не зря в блокноте по соседству. Что знал бы я о нашей речи, Не будь она их местом встречи, Не молвь таких имён она, Как слово памяти – война. С войною рядом – обелиск, А с обелиском – слово Минск, Блокады слово – Ленинград И слово мужества – солдат.

«Фотографии близких…»

Фотографии близких В довоенных виньетках: Не у всех обелиски, Как ни помни о предках, Ознакомленных летом Сорок первого года С самым жарким рассветом В жизни нашего рода.

«Прямоугольные консервы…»

Прямоугольные консервы Я жду в ленд-лизовском пайке, Пока отец мотает нервы В борьбе с бандитами в тайге. Я жду картофельных оладий, Что мама бы ему пекла: «С нуждою как-нибудь поладим, Лишь весть бы от него была». Я жду, как папин студебекер Прижмётся к нашему крыльцу, И жмых, мне заменивший крекер, Как лакомство, отдам отцу.

«Послевоенного подростка…»

Послевоенного подростка, Меня с авоськой требухи В Москве и далее Подольска Раскручивали на стихи Под перебранку с матюгами На городских колхозных рынках В очередях за потрохами Гражданки в ситцевых косынках. И те дожди на огородах, Когда мы, словно понарошке, В дырявых щеголяли ботах, Слоняясь в поисках картошки. И голубятня, и приятель, Что знал шпану на чердаках, И фотоснимок о комбате И им спасённых облаках Строфы пернатою основой Меня манили к высоте, И высотой рождённым словом Земной молился красоте, И по законам королевства, Где обитала детвора, Играл в войну с друзьями детства Послевоенного двора.

«Скелет автобуса – наследие войны…»

Скелет автобуса – наследие войны. «Ты будешь за луну или за солнце?» — На пустыре играют пацаны. А всё же победили мы японца. И помнится ещё: зимой вагон Москва – Хабаровск. Мне четыре года. На нижней полке караулю сон, Его мне видеть больно уж охота. А вижу наш фанерный чемодан, Не расстаётся с ним в командировках Мой папа – милицейский капитан. Ещё гляжу на дяденьку в наколках. С портретов, что он ловко рисовал, В военном кителе и маршальских погонах Генералиссимус нас тоже узнавал, Кочуя с нами по стране в вагонах. Торопится в Москву моя семья Так, что за ней не поспевает солнце. Мне хочется сказать вождю, что я Был за луну и победил японца.

«Как часто и даже тогда…»

Как часто и даже тогда, Когда по ландшафтам неблизким Качали меня поезда, В пути узнавал обелиски. Фрагменты, фрагменты страны, Родного пейзажа приметы Скупым силуэтом войны Белели на вёрстах победы. И этой победы дневник — Пехотные стансы о доме — В окопе сложил фронтовик, Доверив их ротной гармони. Чтоб после, за сменою дат, Уже далеко за войной Догнали нас песни солдат, Которых мы ждали домой.