Один из отпрысков рода Перина, однако же, не поспешил в спальню на помощь своему господину. Это был Ловкач, который предпочитал перекладывать дела на чужие плечи. Когда же увидел он, что произошло, и как Повелитель небес, сильнейший из богов, был побеждён и предан изгнанию, Ловкач испугался и бежал из дворца, чтобы предупредить отца своего, Властелина камня. Так и случилось, что когда Купилас наконец сошёл с великой горы Ксандос и поспешил в дом Каменного бога, быстроногий Ловкач опередил его.

Горбун не приготовил никакой хитрости себе в помощь, так что когда он достиг главных ворот дома Властелина камня, он нашёл их запертыми и с опущенной решёткой, под охраной множества воинов. Но это не остановило Горбуна. Он крался мимо них по дорогам, известным лишь ему и его прабабке, пока не обнаружил, что стоит перед покоями самого Каменного короля.

Ловкач предупредил отца и только собрался улизнуть, как Горбун поймал его и они начали бороться. Купилас схватил Зосима за горло и не отпускал, хоть Ловкач и превращался то в быка, то в змею, то в сокола – и даже в живое пламя. Наконец он сдался и принял свою обычную форму, моля о пощаде.

– Я пытался спасти твою мать, – скулил Ловкач, – пытался помочь ей сбежать. И я всегда был тебе другом! Когда все остальные отвергли тебя, я говорил в твою защиту. Когда же они вышвырнули тебя, разве я не принял тебя в своём доме и не угощал вином?

Горбун расхохотался.

– Ты хотел получить мою мать – и получил бы, если б она не сбежала. Ты не защищал меня, не принял ничью сторону – ты всегда поступаешь так, чтобы потом заключить союз с победителем. Ты принял меня и угощал вином лишь затем, чтобы опьянить и выведать, как изготовить такие волшебные вещи, как те, что я дал Властителю небес и остальным, но моя рука из слоновой кости защитила меня, сломав чашу, и твой план не удался.

Он поднял Ловкача за горло и отнёс в покои Властелина камня. Горбун всё ещё опасался властителя тёмной земли, но знал, что всё должно завершиться – так или иначе. Властелин камня Керниос не доверял никому, и потому он не стал пить зелья, которое мать Горбуна подала ему. И теперь стоял, приготовясь, в своём наводящем ужас сером доспехе, со своим ужасным копьём, Звездой земли, в руке – в величии своей мощи, в собственном дворце.

Однако было у него и другое оружие, и когда Горбун, прошедший к замку дорогами Пустоты, появился перед ним из ниоткуда, Каменный король выставил это оружие перед собою.

– Вот твоя мать, – изрёк он, – которую ввёл я в свой дом и которая отплатила мне чёрным предательством! И если ты не сдашься мне, связав себя теми же заклятьями Пустоты, которыми ты погубил моих братьев, – Керниос крепко схватил женщину и направил конец копья на её горло, – она умрёт здесь, на твоих глазах!

Горбун не двинулся с места.

– Я был более милосерден к твоим братьям, чем они к моему роду: они не мертвы, а лишь спят в царстве пустоты и холода, как скоро предстоит уснуть и тебе.

Властелин камня расхохотался – как говорят, смех его был подобен ветру среди могил:

– Вечный сон в пустоте? И чем это лучше смерти? Что ж, пусть ты и полагаешь это милостью, тебе я даже такой не окажу! Либо ты убьёшь себя сам, либо твоя мать истечёт кровью – а после я всё равно убью тебя.

Горбун дёрнул вверх Ловкача, всё ещё задыхающегося в цепкой хватке его бронзовой руки:

– А как насчёт твоего сына?

Голос Властелина камня прозвучал недобрым гулом землетрясения:

– У меня было много сыновей. И если я выживу, будет ещё больше. А если нет – что мне до того, кто останется жить после меня? Делай с ним, что хочешь.

Горбун отбросил Ловкача в сторону, и долгое время они с Керниосом стояли, вперившись друг в друга, как два волка над добычей – ни один не желал нападать первым. И тогда мать Горбуна подняла дрожащие руки к острию копья и полоснула себя по горлу – и обливаясь кровью упала наземь.

Властелин камня не промедлил и мига: пока Купилас, застыв, в замешательстве глядел на мать, испускающую дух на полу, господин чёрной земли метнул своё страшное копьё – всё ещё в тёплой крови матери – в сердце её сына. Горбун попытался заставить копьё повиноваться себе, но не смог совладать с ним – Керниос наложил на оружие собственные заклятия. Только и успел он, что отступить в Пустоту. Копьё пролетело мимо и ударило в стену с такой силой, что обрушилось полдворца, а земля окрест вздрогнула и заходила ходуном. Когда Горбун вновь выступил из Пустоты, Керниос напал на него. Долго боролись они, и замок вокруг них разрушился – и сила их была столь велика, а вражда так сильна, что и самая каменная основа под замком была вся разбита и расколота, и пики гор, крепостью возвышавшиеся над домом Властелина камня, упав, обратились в пыль, и земля просела, и воды океана устремились во впадину, так что в конце концов противники оказались на островке посреди вод.

И наконец им удалось схватить друг друга за горло. Каменный король был сильнее, и Купилас только и мог, что вступить на пути тьмы, но Керниос не отпускал – и был втянут следом. Пока они падали сквозь пустоту, Властелин камня всё перегибал спину Горбуна – так, что она уже чуть не ломалась; он не мог ни вздохнуть, ни даже думать – а Властелин камня меж тем выжимал из него жизнь.

– Давай, загляни мне в глаза, – приказал он. – И ты увидишь тьму величественнее, чем любая Пустота может создать или даже вообразить!